Время злых чудес

 – Сейчас многие так живут – правильное питание, йога, вот это все. Пока ничего странного не вижу.

– Да дело не в том, что многие живут. Жена его пожаловалась вашей матери, что перед людьми стыдно – отмечали юбилей, сорок пять лет ему исполнилось, так не в ресторане, а дома, и она сама весь стол готовила – прямо как в старое доброе советское время.

– А вариант, что Долженков это время любил и с ностальгией вспоминал, не рассматривается? Если юбилей – так непременно застолье в ресторане с цыганами и катанием на тройках?

– Это тоже крайность.

Арина сказала, что не хотела этого делать, вообще кухню не любит, но Сергей Иванович настоял, они поссорились даже. А после праздника он ей колье подарил – изумруды.

– Ради этого можно было молча «оливье» настрогать, – улыбнулась Лена. – Хотя я не совсем пока понимаю, к чему ты об этом рассказываешь.

– Потому что мне все его поведение кажется каким-то странным. Вот смотрите. Арина просит его поехать летом в Испанию – он категорически против, говорит, что отдыхать они будут в Карелии на озере, жить в палатке, ловить рыбу и ею же питаться, никаких пансионатов.

Скандал, ругань, он настаивает на своем, покупает билеты, она вынуждена согласиться, едут, живут месяц, возвращаются – через два дня у нее новые серьги с бриллиантами. Это в прошлом году, кстати, было, – Петя отпил кофе и продолжил: – Сын Долженкова в музыкальной школе учится, говорят, подает надежды. Попросил у отца телефон модный, мол, стыдно ходить с простым, там ни Интернета, ни еще каких прибамбасов этих современных, только звонки и эсэмэс. Папенька осерчал, закатил скандал матери. Телефон, кстати, не купил. И после этого как раз и подал на установление отцовства.

– И правда, идиот какой-то…

– Ваша мама сказала, что он Арину обвинил в том, что мальчику передалось потребительское отношение к жизни и людям. Мол, не может его сын так зависеть от вещей.

– Бред.

– Ну, бред не бред, а так и было. После установления факта его отцовства Сергей Иванович снова делает Арине подарок – кольцо с тремя бриллиантами.

– Погоди, – перебила Лена. – А как же рассказы о его аскетичности? Зачем он дарил ей такие подарки, если носить их все равно никуда не позволял? Или – позволял?

– Ну, в день его гибели на Арине были серьги и кольцо весьма приличной стоимости."

"– А до этого? До этого кто-то видел ее в этих украшениях? Ну, или в других подобных? У нее машина старше моей и марка не самая престижная.

– Надо поспрашивать, – почесал в затылке Крашенинников.