Все еще верю в чудо

 — Но на меня это подействовало.

— Прошу прощения?

Антонио отложил в сторону подушку:

— Я говорю о том дне, когда мы покидали Сан-Ринальдо.

— Я по-прежнему не понимаю, что ты имеешь в виду. Я помню только, как мама…

Антонио отрывисто кивнул и снова поморщился. На этот раз не от физической боли.

— Но после того как она погибла, ты вывел всех нас оттуда. Я испугался и заплакал, а ты сказал мне, чтобы я перестал трусить и пошевеливался. Если бы не ты, мы с Дуарте погибли бы в тот день. — Он смочил губы влажной салфеткой.

 — Я понимаю, тебе досадно, что это не ты отдал часть своей печени, чтобы спасти отца. Но, черт побери, Карлос, ты не можешь все время быть героем. Тебе не помешает быть время от времени обычным парнем.

Слова брата заставили его задуматься. Он действительно застрял в прошлом. Работает на износ, спасая людей, чтобы искупить свою вину. В день, когда погибла его мать, между ним и нормальной жизнью выросла стена.

И эта стена не позволяла ему увидеть очевидное. Он любит Лайлу Андерсон и должен ей это сказать.

Он будет повторять это до тех пор, пока она ему не поверит.

Лайла была уверена, что спит. Иначе как она может видеть глаза, полные любви?

Но ее спина затекла на деревянной скамье. Это ощущение было вполне реальным. Она часто заморгала, чтобы прояснить взор, и снова увидела Карлоса, сидящего рядом с ней. Он словно ждал, когда она проснется.

Запах деревянных стен и стропил напомнил ей о шале в Вейле, где они с Карлосом ночевали неделю назад.

Выпрямившись, она убрала с лица волосы:

— Карлос? Как долго ты здесь сидишь? С твоим отцом и Антонио все в порядке?

Наверное, да, иначе он не был бы так спокоен.

— Да. Они оба спят. Последние несколько дней были непростыми для всех нас, но это не оправдывает того, как я с тобой поступил.

Сердце подпрыгнуло в груди у Лайлы, но она не позволила ему растаять. На этот раз она не станет довольствоваться малым. Она и ее ребенок заслуживают лучшего. Ей нужно либо все, либо ничего.

— Что ты имеешь в виду?

— Вижу, мне придется потрудиться, чтобы получить твое прощение.

 — Он взял ее левую руку в свою. — Я все делал неправильно, начиная с того утра, когда испугался своих чувств и позволил тебе уйти. Прости меня, Лайла. Ты даже представить себе не можешь, как мне жаль, но я приложу все усилия, чтобы исправить свои ошибки.

— Красиво говоришь.

Они оба трудоголики, практичные люди, которым зачастую некогда говорить своим близким важные слова. В ее сердце затеплился огонек надежды.