Все еще верю в чудо

— Почему ты сделал мне предложение? И почему именно сейчас? — Она снова подошла к нему. — Это из-за того, что вчера вечером я пролила несколько слезинок? Я для тебя кто-то вроде очередного пациента, которого нужно спасать?

— Я хочу, чтобы этот ребенок был моим. — Он схватил ее за плечи. — Я хочу защитить вас обоих. Разве в этом есть что-нибудь предосудительное?

Лайла неистово покачала головой:

— Это не то же самое, что поверить мне.

Почему она отказывается? Ведь он собирается сделать именно то, чего она добивалась с самого начала.

— Я буду заботиться о тебе и о ребенке, признаю его своим вне зависимости от результатов анализа ДНК. Мы с тобой похожи. Мы оба разумные и практичные люди.

— Разумные и практичные? — цинично повторила она. — Твоя холостяцкая жизнь тебя до сих пор вполне устраивала. Ты говорил это так много раз, что я сбилась со счета. За четыре года нашего с тобой знакомства ты даже ни разу не намекнул…

Разочарованный ее отказом, он тщательно пытался подобрать нужные слова:

— Тогда что, по-твоему, значит та ночь, которую мы провели вместе?

— Я не знаю, Карлос.

 — Ее лицо было напряжено, глаза блестели от слез, но она не позволила себе пролить ни одной. — Я только знаю, что после нее ты два с половиной месяца вел себя так, будто меня не существует. Возможно, я не так разумна и практична, как ты думаешь, потому что не могу выбросить ту ночь из головы.

— То, что мы испытали, потрясло меня.

— Я пошатнула твой мир? Правда? — Отстранившись, Лайла покачала головой.

 — Что ж, ты тоже пошатнул мой мир. Это называется потрясающим сексом. Его недостаточно для того, чтобы построить брачные отношения.

Повернувшись, она направилась к лестнице, и Карлос понял, какую серьезную ошибку совершил.

— Лайла! Черт побери, Лайла. Давай поговорим.

Карлос сделал шаг в ее сторону, но в этот момент зазвонил его мобильный телефон, лежащий на стойке рядом с чашей с ягодами. Он собрался сбросить вызов, но, увидев на дисплее имя младшего брата, помедлил.

Он должен ответить на звонок. Возможно, Лайле нужно дать несколько минут, чтобы успокоиться.

— Антонио? — произнес он в трубку. — Говори. И пусть это будет что-то важное, иначе я не стану тебя слушать.

— Это очень важно, — ответил его брат. — Речь пойдет о нашем отце. Врачи говорят, что он не доживет до конца недели, если ему не сделают пересадку печени.

Лайла смотрела в иллюминатор на темное небо и океан. Вейл остался далеко позади.