Все делают это

— На хрен жирафов, если нас заберут в ментовку, почувствуем на себе жизнь жирафов в зоопарке. Давай, Соник, шевели задом, я слишком молод чтобы умереть.

— Охуеть, — раздается у уха, — меня отпиздила мартышка.

И мы взрываемся от смеха. Падаем на подушки, хохочем, успокаиваемся, ловим взгляд друг друга и снова гогочем. И так минут десять.

— Если расскажу кому-то, что дрался с обезьяной за банан, ни за что не поверят.

— Он попал мне в глаз кончиком, — кривляюсь, изображая Дениса, и мы снова заходимся в неконтролируемом приступе хохота.

— Итак, Денис Викторович, у нас осталось последнее видео, — все еще смеясь, машу телефоном перед лицом мужчины.

— И я даже знаю, кто опять опозорится на нем, — хмыкает он.

— А мне кажется, ты просто пытался изобразить моего личного рыцаря. Жаль, что я почти ничего не помню, потому что это определенно самое романтическое приключение за всю мою жизнь.

— Коварная вы женщина, София, простите, не помню, как вас по батюшке. Ради вас мужчины совершают самые смелые поступки на планете — бой с Кин Конгом, ограбление ломбарда, транспортировка наркотиков в конце концов.

— В таком случаи, перед каждым сексом буду выдавать тебе задание. Выполнишь — получишь сладкий приз, не выполнишь — будешь на сухом пайке, — говорю кокетливо.

— Ну уж нет, так не пойдет.

"— Нет, нет, нет, у нас самолет через несколько часов. Слезай с меня! — сопротивляюсь его ласкам, несмотря на то, что между ног уже томительно ноет в ожидании продолжения банкета.

— А мы быстренько, — расстегивая пуговицу моих джинс, заговорщицки говорит он.

Я чувствую, как его рука скользит в трусики, как пальцы поглаживают мои складочки между ног, вижу его страстный взгляд, но изо всех сил пытаюсь совладать со своим желанием, так как хоть один из нас должен не забывать о благоразумии в этот момент.

— Нет, — говорю решительно, — нас ждет еще одно видео, а потом нужно решить что-то с одеждой. Если ты забыл — нас разыскивает полиция.

Денис со стоном отрывает губы от моего живота, высовывает руку из моих трусиков и, освобождая мою тушку от своего веса, ложится рядом.

— Ты меня убиваешь.