Все делают это

А утром я летела на работу, неизменно рассыпала пакетик с кормом на машину Дениса и целыми днями трудилась как пчелка под все таким же хмурым взглядом своего босса, который превратился в молчаливого хмурого недовольного мужика.

Я не знала, что с ним происходит, но мне было тоскливо и обидно, что он больше не обращает на меня внимание. Я была уверена — спор закончился, Денис проиграл и теперь я ему неинтересна. И это осознание совершенно не принесло мне никакого удовлетворения.

* * *Четырнадцатое сентября подкралось быстро.

Казалось, что он летит как минимум в космос, а не на деловую встречу.

Денис вежливо уступил мне место у окна, вызвался помочь с ремнем безопасности, хотя я об этом его совершенно не просила, и в процессе облапал меня с ног до головы. «Случайно» задрал подол моего и так короткого платья, невзначай протиснулся пальцами между ног и провел несколько раз, совсем невесомо, по чувствительному местечку, которое уже трепетало в ожидании продолжения.

Вот такая предательница находится между моих ног.

Турбины загудели, железная птица стартанула с места и взмыла ввысь. У меня заложило уши и начало немного укачивать, но когда мы набрали высоту, чувство, что тебе вот-вот расплющит голову, быстро прошло.

— Как насчет попробовать чего-нибудь экстремального? — наклоняясь ко мне, спрашивает босс.

— Прости, но не думаю, что если мы решим выпрыгнуть с самолета на парашюте, авиакомпания выпишет нам награду за смелость.

— Ну, я могу предложить кое-что более безопасное.

Конечно же я понимаю к чему он клонит, но:

— Заорать, что если нам не предоставят миллион долларов и личный самолет, то взорвем бомбу?

Денис с улыбкой косится на меня, а потом наклоняется еще ближе, прикусывает мочку уха и просовывает руку мне под платье.

Я застываю от такой наглости и неожиданности. Проклинаю весь мир за то, что из все мужчин у меня стоит, если можно так выражаться, именно на этого придурка и мысленно благодарю стюардессу, которая предлагала напитки пассажирам позади нас.

А я дрожу как листик на ветру, подумывая о том, что может уже стоит отдаться ему, понять, что ничего особенного он из себя не представляет и выбросить всю эту извращенскую хрень из головы.