Время лечит, или Не ломай мне жизнь и душу

С помощью лазерных проекторов разноцветные лучи под музыку направляли на специальные экраны и даже на облака. На них появлялись различные изображения, объемные фигуры и надписи с поздравлениями молодоженов и признаниями в любви. А затем на небе высветились наши с Никитой имена. Восторженная публика зааплодировала еще больше.

Вышедший на площадку оркестр девушек-барабанщиц усилил ощущение грандиозности праздника барабанной дробью. Улыбающиеся девушки виртуозно владели своими инструментами, а их выступление было красивым и ярким.

Они исполняли праздничный туш и различные марши. Со стороны это напоминало выступление военного оркестра. Девушки были одеты в гусарские ментики, белые юбочки и ботфорты.

– Какие классные телки! – заорал сидящий на ступеньках пьяный Никита. – Так и хочется кому-нибудь из них впиндюрить! Девки, я ваш!!!

Я встретилась взглядом с его отцом, который сразу после пьяных выкриков подошел к сыну и хорошенько его тряханул, чтобы тот немедленно заткнулся и хоть немного пришел в себя. После девушек-барабанщиц на сцену вышли знойные бразильские танцовщицы со своей шоу-программой и буквально зажгли и так разгоряченную публику.

Моментально возникла атмосфера бразильского карнавала. Настроение гостей тут же поднялось. Искрометные танцы, красочные живописные костюмы – перья, блестки, высокие каблуки...

– Девчонки, этой ночью я ваш! – орал Никита с порцией текилы в руках. – Я хочу вас всех сразу! Кто хочет попробовать жениха?!

Стоящие неподалеку гости стали оглядываться на Никиту и как-то растерянно улыбаться.

Отец попытался забрать у него текилу, но тот моментально ее выпил, занюхал лимоном и закричал:

– Папа, отвали! У меня сегодня свадьба! Я гуляю!!!

Не удержавшись, я подошла к так называемому жениху и сурово спросила:

– Что происходит?

– Перебрал, – объяснил мне Сергей Александрович. – Накачался засранец.

Никита посмотрел на меня пьяным взглядом и ухмыльнулся:

– Ларка, ты мне этой ночью дашь или нет? Я бабу хочу.

– Интим-услуги не входят в наш договор, – ледяным голосом ответила я.

– А сколько они стоят? Я приплачу. Сколько надо приплатить, чтобы ты мне сегодня дала?!

– Извини, но я проституцией не занимаюсь.

– Тогда дай по любви.

– По любви тоже не получишь, – выдавила я из себя.

– И за деньги не хочешь, и на халяву не дашь. Вот и пойми после этого баб.

– Ты бы держал себя в руках, – только и смогла сказать я.

– Жена ты мне или нет? Будешь исполнять супружеский долг. Я тебя сегодня ночью отдеру, как отстираю.