Враг семьи

— Это как картина, только в мини варианте? Будет очень кстати! Кажется, у мамы с бабушкой где-то были распечатаны фотографии в рамочке.

— Сейчас принесу фотоаппарат, — администратор удалился.

Я с восторгом взглянула на Амира.

— Бумажная фотография на фоне всей этой красоты со свечами? Я сохраню ее на память.

Он поднес мою руку к своим губам.

— Мы обязательно сохраним ее на память о сегодняшнем вечере. — Его взгляд стал особенно острым, и он добавил: — Ведь сегодня ты стала моей.

Вернулся администратор с фотоаппаратом.

Камера щелкала вспышкой снова и снова, запечатлевая нас с Амиром на фоне стеклянной террасы и пылающих свечей.

— А ты красивая, — с нежностью взглянул на меня он. — Оставлю одну фотографию для себя.

— Ладно, — я рассмеялась.

— Фотографии будут упакованы в красивый конверт через несколько минут, — сообщил администратор и вышел.

Амир подвел меня к столу и галантно отодвинул мне стул.

Когда мы устроились напротив друг друга, открыл бутылку шампанского и разлил напиток в бокалы.

— За нашу помолвку?

Я смущенно кивнула, и бокалы стукнулись друг о друга.

Кажется, все вокруг изменилось. В сердце зарождалось что-то пронзительное, острое, и я пока не понимала, что это такое, но оно было определенно связано с Амиром, пылающими свечами и красивым кольцом, которое украшало мою руку. А еще – с тем, что произошло между нами в спальне.

— Амир, та пекарня в парке… что с ней стало? — набравшись смелости, тихо спросила я.

Он озадаченно взглянул на меня.

— Я не знаю.

— Но ведь пекарня принадлежала маме и бабушке! Я не понимаю, почему ее больше нет?

Амир посмотрел на меня.

— Валери, у меня пока нет информации на этот счет.

— Пожалуйста, сходи туда со мной до того, как мы уедем к Жанне, — взмолилась я. — Или хотя бы дай мне возможность им позвонить! Я должна знать, что с ними все в порядке…

Он отрицательно покачал головой.

— Это опасно. Дождись утра.

— Я не смогу сомкнуть глаз, пока не выясню, что случилось! Если ты отказываешься, я пойду туда сама.

В его глазах вспыхнуло недовольство, и он подался вперед.

— Сама ты больше никуда не пойдешь! Никуда, запомни это. Наши люди завтра утром отправятся к ним домой и все выяснят.

Я разочарованно вздохнула и уставилась в окно. Я понимала, что он прав, но сейчас, когда город погрузился во мрак, а все остальные тревоги отошли на задний план, меня заполнило отчаяние.