Гарри Поттер и узник Азкабана

Но Гермиона не могла на нём быть, она ведь была с нами на уходе за магическими существами! А Эрни МакМиллан сказал, что она никогда не пропускает и изучение маглов, хотя половина этих уроков совпадает с прорицанием. Но и прорицание она посещает без пропусков!

У Гарри сейчас не было времени поразмыслить над загадкой расписания уроков Гермионы — он маялся над сочинением для Снегга. А минуту спустя его опять прервали, на этот раз Вуд.

— Плохие новости, Гарри. Я только что говорил с профессором МакГонагалл о твоей «Молнии».

Она очень на меня рассердилась. Сказала, что у меня перевёрнута вверх ногами система ценностей. Она думает, что меня больше волнует Кубок, чем твоё здоровье. А я всего-то и сказал: «Подумаешь, сбросит! Главное — схватить снитч». — Вуд удивлённо покачал головой. — Ты не представляешь, как она на меня накинулась. Как будто я сказал что-то ужасное. Я спросил, сколько ещё они будут эту «Молнию» изучать… — Вуд сдвинул брови и продолжал, передразнивая суровый голос профессора: — «Столько, сколько потребуется». Вот и весь ответ… По-моему, Гарри, пора тебе заказывать метлу. На последней странице «Выбери себе метлу» есть купон заказа. Хорошо бы ты заказал «Нимбус-2001», как у Малфоя.

— Я никогда ничего не буду покупать, как у Малфоя, — категорически заявил Гарри.

* * *Январь незаметно сменился февралём, а холода всё ещё держались. Матч с Когтевраном приближался, давно пора было заказать метлу, но Гарри всё надеялся, что получит обратно свою бесценную «Молнию».

После каждого урока трансфигурации он спрашивал профессора МакГонагалл, готова ли метла. Рон, волнуясь, стоял рядом, а Гермиона, отвернувшись, стремительно проходила мимо.

— Нет, Поттер, не готова, — сказала МакГонагалл после двадцатого раза, не успел ещё Гарри открыть рта. — Мы исследовали метлу на обычные заклятия, всё в порядке, но профессор Флитвик хочет испытать её ещё на Молниеносный бросок. Вот всё закончим, и я сразу вам сообщу. Так что, пожалуйста, перестаньте меня терзать.

Но хуже всего было то, что занятия с Люпином проходили не так успешно, как Гарри хотелось. В конце концов, он научился при появлении дементора вызывать неотчётливую серебристую тень, но этот его Патронус всё же был слабоват и не мог дементора прогнать. Он только маячил впереди матовым облаком, питаясь энергией Гарри и истощая его. Гарри злился на себя: он никак не мог подавить в душе тайное желание ещё раз услышать голос родителей.