Возле Тьмы. Чужой

Вновь звук сломанной доски — и человек в прицеле, согнувшись, завалился в сухую траву, а я уже высматривал того, что шел в голове колонны. Он успел залечь, водя стволом своего автомата по деревьям, и в этот момент возле него земля поднялась фонтанчиками — рядом захлопал «мини» моего напарника. Пули легли близко, стрелял он с оптикой, и я решил, что если он противника и не заденет, то прижмет на какое-то время к земле, и перевел прицел на тех, кто шел за командиром.

Они оба лежали, но пользы от этого было совсем немного: прошлогодняя трава жидкая и низкая, укрытия от нее никакого, и сама земля была с уклоном в нашу сторону, выставляя их как мишени в тире.

В прицел было видно, как шедший с ними пулеметчик открыл огонь, явно пытаясь подавить огнем Джо, которого заметил. Ствол его оружия превратился в пучок огня, я даже хорошо видел, как летели гильзы, карабин Джо умолк, а дальше я поймал пулеметчика в прицел, взял поправку и выстрелил. Он даже не дернулся, а просто ткнулся лицом в землю.

— Джо, статус! — заорал я, не отрываясь от прицела.

— Активный!

— Просто следи! Я их возьму, не трать патронов!

Джо все же прижал своего противника, а тот, что шел последним, уже полз назад, отчаянно загребая руками и ногами, надеясь вырваться из насквозь простреливаемого пространства.

— Держи первого, не давай прицелиться! — отменил я свою же команду и навел винтовку на отползавшего.

Мы этих четверых можем вообще убрать с доски: слишком хорошо они попались. Виляющий толстый зад в камуфляжных штанах и дергающиеся рубчатые подошвы ботинок вошли в перекрестье прицела.

Я вновь вздохнул, придержал дыхание, словно постаравшись придавить норовящее выскочить куда-то в горло сердце, дважды выстрелил, попав оба раза. Я видел, как противник задергался, покатился в сторону. Я не слышал его голоса, но видел открытый рот и понимал, что он орет от боли. Опять перекинул прицел на командира, увидел, что тот тоже жив и даже пытается куда-то ползти, после чего открыл огонь по оставшемуся противнику. Он ближе всех — он самая простая мишень.

45

Мы с Джо все тем же скорым маршем двигались на северо-запад, следуя направлению хребта, по которому тянулся лес. Явных признаков преследования не было, в нас не стреляли, на пятки никто не наседал. Мы оставили за спиной троих раненых. Не знаю, кто из них выжил, но то, что раненый командир преследователей что-то орал в рацию, я видел в прицел так же ясно, как собственную руку, если к глазам ее поднесу.