Возле Тьмы. Чужой

Свободного хода на этой винтовке почти нет, так что выстрел грохнул сразу, хлестнув кнутом по ушам, и мне даже не нужно было смотреть, попал я или нет, потому что промахнуться я не мог в принципе. И когда я перекинул прицел на «Карла Маркса», на дороге еще даже не начали укрываться.

Целься в самую широкую часть корпуса. А «Маркс» был самым широким из всех. Он как-то странно дернулся, когда пуля угодила в него, потом начал заваливаться. Остальные бросились укрываться за квадами, и я успел попасть еще в одного, одетого в охотничью камуфляжную куртку и такие же штаны, заправленные в высокие, по колено, зимние сапоги.

— Ага, укрытие у вас что надо, там и сидите дальше, — прошептал я в злобной радости и выстрелил в рацию, смонтированную на багажнике.

Попал: та подскочила, и от нее что-то отлетело.

Звуки стрельбы, напоминающие треск ломаемых досок, метались между холмами, костер на месте дома разгорался на глазах, причем к серому дыму начал примешиваться черный, из чего я сразу сделал вывод, что моему новому красивому пикапу хана.

Похоже было, что мои противники до сих пор не поняли, откуда я стреляю. Ответный огонь велся, но вот куда он был направлен — это вопрос другой. Разве что человек в сером «стетсоне», стоявший с главным на дороге, довольно уверенно обстреливал деревья вокруг меня, укрываясь за одной из машин.

Левой рукой я крутанул кольцо на прицеле, увеличив кратность, так что его голова, торчащая над решетчатым багажником, превратилась в прекрасную цель. А затем выстрел выбил из нее красный туман, и «стетсон» покатился по дороге, завалившись тульей вниз.

— Четыре."

"И старший, и «Маркс» лежали на земле недвижимо. Мужик в высоких сапогах слабо шевелился, но ранен он был явно очень тяжело, потому что даже не пытался ползти. Можно было его добить, но я подумал, что его стоны будут очень кстати его товарищам.

А затем оставшиеся трое открыли достаточно дружный огонь в мою сторону, заставивший меня вжаться в снег и податься назад, укрывшись за стволом дерева. Сверху сыпался снег вперемежку с иголками, валились сбитые пулями ветки, пару раз я услышал щелчки пуль, ударивших в ствол.

Отползая назад, я оказался словно бы в небольшой лощинке, где достать меня огнем было бы трудно.