Восход луны

Ураган поднял голову, и ему показалось, будто он разглядел едва заметное движение возле самой вершины водопада, однако он не был уверен. Потом ему стало не до любопытства: камни выступа были мокрые, того и гляди поскользнешься, да еще здоровенный сокол, которого он тащил в зубах, закрывал весь обзор. Никто даже не подумал объяснить ему причины этой странной паники, и Ураган понял, что спрашивать бесполезно.

Очутившись в пещере, он отнес свою добычу в общую кучу и пошел на поиски друзей. Он заметил их возле спальных мест и поспешил туда, обогнув нескольких будущих, которые тренировались под руководством пещерного стража.

Лесные коты сгрудились вокруг Рыжинки, которая стояла и, повернув голову, осматривала свое плечо. Ласточка энергично вылизывала языком ее шерстку.

— Гораздо лучше, — ворковала она. — Опухоль совсем спала, а ранка отлично затянулась, как ты себя чувствуешь, Рыжинка?

Сумрачная воительница согнула лапу, потом приняла охотничью стойку и проползла несколько шагов по пещере.

— Камнесказ свое дело знает, — признала она. — Не знаю, что за травы он использовал, но они ничем не уступают корню лопуха. Плечо немного потеряло подвижность, и только, — добавила она и подпрыгнула. — Надо будет побольше его упражнять.

— Значит, пришло время уходить, — решил Ежевика. — Я поговорю с Камнесказом и скажу ему, что мы уходим завтра с рассветом.

— Вот это дело! — сверкнул глазами Грачик. — И пусть не пытаются нас остановить.

— Они не станут, — заверила Ласточка, зарываясь носом в его шерсть. — Я уверена, что ты напрасно тревожишься. С самого первого дня мы не видели от этих котов ничего, кроме добра.

— Возможно, они и сами будут рады отделаться от нас, — весело подхватила Белочка.

— Голые Деревья уже наступили, — поправила Ласточка. — По утрам все скалы совсем белые от инея.

— Ну вот, — взмахнула хвостом Белочка. — С какой стати им и дальше кормить такую ораву?

Судя по взгляду, который Ежевика бросил на свою соплеменницу, он вовсе не разделял ее уверенности, однако предпочел промолчать. Зато заговорил Грачик.