Воровская правда

За зарешеченным окном виднелась североуральская чахлая тайга, переходящая в тундру.

— Понимаешь, Мулла, я тут подумал…

— Ну?

— Похоже, что твой крестник нас на Красногорскую пересылку отправил.

Это предположение внушало тревогу. Среди блатных эти места пользовались дурной репутацией. Не из-за гнуса и болот, а оттого, что пересылку давно обжили ссученные. Они подвизались там в качестве «придурков»: позанимали места хлеборезов, каптеров и даже охранников. Администрация пересылки частенько использовала их в своих целях, и они, польстившись на обещанный хлеб с маслом, выполняли роль жандармов: усмиряли воровские бунты и заталкивали воров в БУРы за неповиновение.

Мулла призадумался — после всех его разговоров с Беспалым предстоящая поездка выглядела лишь невинной шалостью полковника, а ведь он пообещал отправить их в геенну огненную.

— Ничего, как-нибудь прорвемся… Не в первый раз.

Шельма спал, скрючившись, как младенец в утробе матери.

Время от времени вагон резко встряхивало на стыках рельсов, однако Афанасий спал крепко и безмятежно.

Солдаты настороженно посматривали на зэков, но, убедившись в отсутствии дурных замыслов у своих подопечных, снова успокаивались. Да и куда денешься из столыпинского вагона?

* * *Как Гнида и предполагал, этап выгрузили в Красногорске, в трехстах километрах от Воркуты. Стылое препоганое место, ржавые болота на сотни верст вокруг — ни одна воровская жизнь сгинула в этих топях, а души усопших неприкаянно шатались по всей округе, наводя животный ужас на заключенных и хозяев лагерей.

В этом случае они были равны и одинаково скверно переносили послания с того света.

Воровской «телеграф», как всегда, работал безотказно. Едва прибыл североуральский этап, как Мулла уже знал, что в лагере «парятся» полторы тысячи зэков, среди которых не менее тридцати коронованных воров. Во избежание всеобщей смуты их держали в отдельном бараке, вход в который сторожили ссученные.

Красноповязочники составляли здесь значительный отряд и управляли остальной массой зэков так же свободно, как опытный жонглер работает с тяжелыми булавами. Суки позанимали все «косячие» должности и установили такой «красный террор», от которого даже у обыкновенного мужика от тоски сводило скулы."

"Муллу вместе с остальными зэками заперли в отдельный барак.