Восемь обезьян

— Тогда вперед! — И Надежда бросилась по мосткам, волоча за собой трясущуюся от страха девицу.

Мостки предательски раскачивались, под ними темнела ледяная невская вода.

«Только не смотреть вниз!» — мысленно внушала себе Надежда и смотрела вперед, на набережную.

Ей нужно было не только самой перейти по мосткам, но и протащить перепуганную девицу.

«Быстрее!» — приказала себе Надежда, вспомнив про медведя, который переходит реку по тонкому льду, — на месте не стоит ни секунды.

К счастью, идти было не долго, и через полминуты они с девушкой уже стояли на твердой земле.

Девица все еще в страхе косилась на качающиеся мостки, но ее лицо не было уже таким мертвенно-белым.

— Ну, видишь, все не так страшно… — проговорила Надежда и замахала рукой проезжающим машинам.

Ни одна машина почему-то не останавливалась.

Тем временем задняя дверь ресторана распахнулась и на палубу вылетела жена Сугробова. Она пыхтела, как паровоз, глаза ее горели маниакальным огнем, щеки пылали, как два перезрелых астраханских помидора.

— Не уйдешь! — выкрикнула Сугробова, увидев на набережной свою жертву, и подбежала к мосткам.

— Ой! — вскрикнула девица, прячась за Надежду.

К счастью, в этот момент рядом с ними наконец остановилась какая-то невзрачная машина.

Надежда распахнула дверцу и втолкнула свою спутницу на заднее сиденье, а затем не выдержала и все же оглянулась.

Оглянулась, чтобы увидеть финал драмы.

Мадам Сугробова под влиянием кипевших в ее душе страстей вбежала на хлипкие мостки.

В это время на палубу выбежал господин Сугробов.

Увидев свою жену, оказавшуюся в критической ситуации, он подбежал к борту, опустился на колени и протянул руки, пытаясь ухватить за руки свою супругу.

— Соня, Сонечка, держись за меня!

— Уйди, предатель! — верещала жена.

На палубу уже выбегали сотрудники ресторана во главе с метрдотелем. Благодаря их опереточным костюмам это было похоже на захват пиратами мирного пассажирского корабля, тем более что метрдотель держал в руке моток толстого каната. Бухту, как говорят моряки.

Зрелище было увлекательное, но Надежда рассудила, что лучше держаться от него подальше.