Восемь обезьян

Быстро оглянувшись, сунул руку под лацкан шинели, пошарил там и нащупал потайной карман.

Вытащив монету, подкинул ее, попробовал на зуб и радостно ухмыльнулся:

— Никак ржавье! Точно, ржавье!

Мобильник заливался в прихожей, и муж притащил его на кухню, когда Надежда разливала по тарелкам рассольник.

— О, снова тебя Синица беспокоит! — сказал он.

— Простите, не могу сейчас говорить! — прокричала Надежда в трубку. — Позже вам перезвоню!

— Ты же сказала, что уже получила покрывало в этом магазине? — муж смотрел с подозрением.

— Ой, ты не представляешь! — затараторила Надежда. — Я заказывала голубое, а они привезли розовое! Ты можешь представить, чтобы моя мать согласилась на розовое покрывало?

— Да уж… — По наблюдениям Надежды, Сан Саныч немного побаивался свою тещу, так что вопрос с покрывалом был тут же закрыт.

А Надежда дозвонилась до Алены только утром, после того, как муж ушел на работу.

— Ну, что там у тебя?"

"— Докладываю, — позевывая, сказала Алена, — значит, поехала я к соседке Раисе Кузьминичне.

Не бабуся, а просто клад. Тут же мне выложила кучу бесполезных сведений, но Паню вспомнила. И правда, ходила, говорит, к ним одна такая. Не сиделка, а помощница по хозяйству, Паней звали. Вроде бы точно Прасковья она, но фамилии соседка не знает. Старики Новоселовы наняли ее через агентство, называется «Добрые руки». Помнится, Новоселова ее хвалила — чистоплотная, расторопная, в руках у нее все горит, и честная, копейки лишней не возьмет. А после убийства Новоселова Раиса про нее ничего не слышала. И это, говорит, очень странно, потому как убили-то старика пятнадцатого декабря, а она, Раиса, вспоминает теперь, что платили этой Пане два раза в месяц, пятнадцатого и тридцатого. Так что пятнадцатого она как раз должна была деньги получить. И не пришла за ними. Как говорится, что бы ни случилось, а заработанное отдайте. Но вот никто про Паню эту не слыхал ничего. Все в таком шоке были, Раиса сама про нее позабыла, да ее особо никто и не расспрашивал, менты вцепились в алкоголика этого. Кстати, идем мы обратно через двор, Раиса со мной вышла, встречаем женщину. Идет, плачет. Раиса к ней: «Маруся, Маруся, что там?» Оказалось, это сестра алкаша того, Михаила Серпухова. Только сейчас, говорит, сообщили: умер Мишка на зоне. Простудился и умер от воспаления легких. Такое, говорит, официальное заключение, а что там на самом деле было, никто не узнает. А в прошлом году ездила она к нему на свидание, так он прямо сказал, что не виноват.