Вопрос крови

Ребус некогда облюбовал здесь себе лавочку, торговавшую подержанными дисками. Он захаживал туда, не очень заботясь о костюме. В наши дни улицу монополизировали представители альтернативной культуры. В общем, подходящая улица для имеющих склонность к ужасам или наркотикам.

Идя по коридору к выходу, Ребус заметил на одной из дверей белую фаянсовую табличку: «Комната Стюарта». Он приостановился перед этой дверью.

— Ваш сын?

Коттер медленно кивнул:

— Шарлотта… моя жена… хочет, чтобы все оставалось как прежде, до катастрофы.

— В этом нет ничего странного, сэр, — сказала Шивон, почувствовав замешательство Коттера.

— Да, наверно.

— Скажите, — спросил Ребус, — «готский период» у Тири начался до или после гибели брата?

Коттер взглянул на него:

— Вскоре после нее.

— Они были близки с братом? — спросил Ребус.

— Думаю, да… Но я не понимаю, какое отношение это имеет…"

"Ребус пожал плечами:

— Простое любопытство, и ничего более. Простите. Издержки профессии.

Коттера, по-видимому, устроило подобное объяснение.

Он повел их вниз по лестнице.

— Я покупаю там диски, — сказала Шивон.

Они опять были в машине и ехали на Кокберн-стрит.

— Аналогично, — сказал Ребус.

При этом он часто видел здесь готов, развалившихся на тротуаре и на ступеньках старого здания «Скотсмена», угощавших друг друга сигареткой или торговавших последними хитами любимых групп. Они заполоняли улицу, когда кончались занятия в школах, возможно, едва успевая сменить школьную форму на традиционный черный прикид. Косметика и украшения, помогавшие одновременно и выделиться, и быть «как все».

Но дело осложнялось тем, что в наши дни шокировать публику стало труднее. В свое время для этого достаточно было носить длинные волосы. Потом появились пижоны и их пакостное порождение — панки. Ребусу запомнилась одна суббота, когда он отправился за дисками. Поднимаясь по извилистому склону Кокберн-стрит, он увидел там первых панков: разболтанные фигуры с перьями на голове, ухмылки, позвякивание цепями. Вид их совершенно возмутил шедшую вслед за Ребусом пожилую женщину, процедившую: «Неужели не можете ходить как люди?» — замечание, вероятно, доставившее панкам немалое удовольствие.

— Можно припарковаться и подняться пешком, — предложила Шивон, когда они подъехали к Кокберн-стрит.

— Лучше бы припарковаться наверху, а там спуститься, — возразил Ребус.

Им повезло: при их приближении как раз освободилось место, и они смогли припарковаться прямо на Кокберн-стрит в непосредственной близости от группы готов.