Вольному - воля

Но я всего лишь сестре помогла. Парню работа нужна была...

– А в Черноземске для него работы не было, да?

– Ну, была... А чего ты так разволновался? Мой фитнес-клуб, и мне решать, кого назначать главным тренером...

– Ага, и с кем спать тоже.

– Алик! Ты забываешься!.. Если тебе что-то не нравится, ты можешь остаться здесь. Я тебя за собой на аркане не тащу...

– Да, скорее всего, мне придется остаться здесь. И вместе с тобой... Неужели ты не понимаешь, что ты натворила? Если Красавчик знает, где ты, то и Ролан тоже будет это знать.

.. В сговоре они, понимаешь!

– Ничего подобного. Ролан сам по себе, Дима – сам по себе.

– Ты в этом уверена?

– Как в том, что мы едем в Новомухино. Нас там ждут, и оставаться здесь я не намерена.

– Кто тебя там ждет, Красавчик?

– Я не намерена оправдываться перед тобой!

Поездка была испорчена. Но Алик не отчаивался. Он обязательно примет меры, чтобы избавиться от очередного клоуна, которого Аврора пытается пристроить к себе...

Глава 10

Антон вернулся с поля поздно.

Лето, работы много, а рабочих рук всего одна пара.

Наемных работников Антон не признавал, поэтому пахал, сеял и жал в одиночку. Трактор у него, прицепные комбайны, бороны, культиваторы, косилки, жатки, грузовик. Гречиху растит, картофель, гектары полей. А там, где гречиха, там без собственной пасеки нельзя, иначе опыления не будет. С пчелами приходится плюс ко всему возиться. Скотины домашней хватает – коровы, свиньи, куры, утки. Но это ее, Марины, забота.

Ей тоже приходится вкалывать от рассвета до заката. Если б только животина и хозяйство, так у нее еще трое детей – мал мала меньше. Старшему Степке – пять лет, он уже, считай, помощник. Антошке – три года, Иринке – на днях годик исполнился... Короче говоря, вся жизнь в работе. Ни просвета, ни продыху. А тут еще муж злой как черт, когда уставший. А усталость у него, можно сказать, хроническая.

Дети уже легли спать, когда появился отец. Но Антошка соскочил с кровати, бегом подскочил к нему.

– Папка!

Антон обнял сына, крепко прижал к себе. Любит он Антошку. В Иринке души не чает. А вот Степку не признает.

– А этот где? – опуская Антошку на пол, с неприязнью спросил он.

– Спит.

– Родной сын не спит, а этот прикормыш спит, да?

– Он не прикормыш. Он твой родной сын. И ты это должен понимать..."

"Марина была светловолосой, сам Антон – блондин. И Антошка с Иринкой светленькие, а Степка, как на грех, черненький, да еще смуглый.