Вольному - воля

Зубодер подобрел: правильно поняла баба, что от нее требуется...

Борщ – не слабое средство от похмелья, а Ленька как раз вчера хорошо набрался, и сегодня голова как дуб пустотелый на ветру – дубовая и гудящая... Но от борща его почему-то воротило. Самогон без закуски пить – пожалуйста, а от вида горячего борща нутро начинает наизнанку выворачиваться.

Маринка взяла поварешку, разлила борщ по тарелкам. Отказываться Ленька не стал – может, пройдет тошнота, глядишь, и аппетит появится. Красавчик ел да нахваливал.

– Вкусно, очень.

– В кафе?!.. Ах да, в кафе мы вас видели, – вспомнила Марина. – Вы еще с женщиной там были...

– И Ролана узнал. А он оказался Антоном Комарцевым...

– Он вас обманул, – сказала и потупилась Маринка.

– Теперь я знаю... Как вы с Роланом живете, не жалуетесь?

Марина открыла было рот, но Зубодер угрожающе глянул на нее.

– Что там на второе? – грубо спросил он.

– А-а, сейчас...

Она скрылась на кухне, а Ленька с упреком посмотрел на Красавчика.

– Ты говори, да не заговаривайся. Как вы с Роланом живете... Думаешь, мне нравится, что они вместе живут? Она, между прочим, моей бабой была. А Ролан у меня отбил...

– Что у нее с лицом?

– Ролан это. Застукал нас в баньке, ну, сам понимаешь. Избил ее... Я остановить его пытался, да сам получил...

– Не думал я, что Ролан такой жестокий.

– Говорю же, зверь...Слушай, давай о твоей бабе поговорим?

– Ну, давай, если тебе интересно.

– Богатая она у тебя?

– Ну, деньги водятся.

– Страшная, небось?

– А Ролан тебе ничего не рассказывал?

– Про кого?

– Ну, про бабу эту.

– Нет, не рассказывал. А что он мог рассказать?

– Ну, он видел меня с ней в кафе, в Новомухино. Тебе ничего про это не говорил?

– Нет.

– Тогда и я тебе ничего не скажу...

Глаза у Красавчика стали вдруг закрываться, он раз клюнул носом, другой.

– Эй, что с тобой, парень?

– Да не знаю... Что-то спать хочется... Если ты не против, да...

Красавчик положил руку на стол, уронил на нее голову и сразу же заснул.

«...Что-нибудь придумаю...» Ленька вспомнил обещание, которое Маринка давала Ролану, и сразу же все встало на свои места.

Она стояла на кухне, у плиты, жарила яичницу.

– Ты, сука, что за хрень в борщ намешала?

– О чем ты говоришь? – удивленно округлила она глаза.

– Ты дуру-то из себя не строй!

Ленька сунул руку в карман ее передника и вытащил оттуда упаковку «Дормикума», выцарапал из нее лист с аннотацией.