Волк и семеро козлов

Кормили черствым хлебом, поили холодной водой, ни о каких лекарствах не могло быть и речи."

"Но все это в прошлом, сейчас Ролан в тепле и уюте; Аврора вкусно его кормила, поила горячим молоком, на ночь ставила горчичники, а по ночам согревала своим телом. А однажды к нему пришла Вика, с деловитым видом села за стол, положила на коленки книгу с картинками и, глядя в нее, своими словами стала рассказывать сказку про волка и семерых козлят. Это было так трогательно, что Ролан едва не пустил слезу. Знала бы Вика, кто убил ее отца…

Он даже пожалел, что проболел всего три дня.

– Взрослую обученную собаку ты здесь не найдешь, – качала головой Аврора. – Тут специализированный рынок нужен. А необученную собаку я купить не разрешу. Взрослая псина опасна для детей.

– Тогда купим щенка. Я сам его обучу.

– И сколько он расти будет?

– Годовалого возьмем.

– Все равно время нужно, чтобы обучить…

– А мы что, куда-то торопимся?

– Ты же сам говоришь, что собака нужна нам сейчас.

– А в Черноземске тебя будут ждать.

– Ты не обижайся, но мне почему-то кажется, что ты нарочно придумал историю с киллером, чтобы увезти меня сюда, – улыбнулась Аврора. – Мне здесь очень нравится, я бесконечно благодарна тебе за то, что ты меня сюда вывез.

– Не хочешь, но спросила.

Машина бесшумно катила по шоссейной дороге. Слева нависали горы, покрытые буковым лесом, справа до самого горизонта тянулась темно-синяя гладь моря. Плащ у Авроры был распахнут, платье на ней средней длины; подол приподнялся, обнажив красивые ноги. Она так доступна, и галдящих детей поблизости нет…

– Ну, можно сказать, ты меня вынудил.

– Да, такой я злой и жестокий, коварный злодей…

Он свернул на дорогу, уходившую через лес вверх, в горы, мощный мотор довольно легко справлялся с подъемом.

– Куда ты?

– Ну, как самый настоящий злодей, я должен исполнить свой злодейский замысел. А для этого я должен завезти тебя в лес… – Он остановил машину, поставил ее на ручной тормоз. – Вот, завез.

– И что дальше? – Аврора внимательно смотрела на него, не понимая, шутит он или действительно собирается содеять нечто непотребное.