Волк и семеро козлов

К полуночи гости отправились в свой лагерь, Ролан проводил их, а утром они снялись с якоря. Оставалось надеяться, что свою тайну старатели оставят при себе.

Глава двадцать вторая"

"Ночь, тишина, только слышно, как сверчок заливается в огороде. Собаки во дворе нет, Серега уехал с ней, а вернулся без нее. Цыпаку это на руку, ведь не просто так он отправился к Сереге в гости.

Впрочем, парень сам во всем виноват, успокаивал себя отморозок, нечего было по пьяной лавочке хвалиться свой добычей. Золота он действительно привез много и еще поедет, через пару лет всю станицу купит, будет здесь самым крутым…

В хате горел свет, дверь была открыта, в комнате накрыт стол.

– Бухаем? – свирепо усмехнулся Цыпак, вламываясь в комнату.

– Э-э, я не понял! – ошеломленно уставился на него Серега.

Брат его тоже возмутился, но их гонор быстро сошел на нет, когда вслед за Цыпаком в комнату ввалились громила Шмат и здоровяк Челя. У одного в руке казачья шашка, у другого – бейсбольная бита. А у Цыпака «ТТ» в руке. Шутить он не любит, и Серега хорошо это знает.

– Чо, водку пьянствуем? А на какие шиши?

– Я не понял, что за дела? – вскочил со своего места Сашка.

– Челя!

Цыпак поднял руку, и по этому знаку Челя должен был ударить бунтаря битой.

– Ой-ёё! – взвыл Сашка.

Дашка свалилась в обморок, а Маринка дико завизжала, прижав ладони к щекам. Но Шмат снова замахнулся, и визг оборвался.

– Вякнешь, в капусту изрублю, мать твою!

Маринка в ужасе, с открытым ртом смотрела на него. Наклонить бы ее сейчас, да времени нет.

Сашка в страхе забился в угол дивана, приложив к раненой руке подушку.

– Золото где? – заорал на него Цыпак.

– Какое золото?

– Шмат!

И снова в свете лампы грозно сверкнула вознесенная над головой шашка.

– Ладно, ладно! – сдался Сашка. – Серега, принеси!

Его брат кивнул, вышел в соседнюю комнату, недолго думая, Цыпак отправился за ним.

– Ты иди, иди, я сам! – замахал руками Серега.