Волчья тропа

Мясо оказалось одновременно сладким и кислым, острым, как перец чили, и соленым, как океан. Не знаю, что Чен с ним делал, но оно определенно стоило тех двух долларов, которые красавчик за него заплатил. Хотя, как по мне, немножко жестковато. У нас с Охотником мясо нежнее получалось. Видать, Чен его просолил неудачно. Или свинья у него была другой породы.

Красавчик не успел и пару кусочков съесть, а я уже всю подливку вылизала. Потом я заметила, что он наблюдает за мной, и опять покраснела. Стало ужасно стыдно оттого, что я все делаю «неправильно».

Он улыбнулся и протянул мне свою тарелку.

Его порцию я тоже умяла и даже сдержалась, не рыгнула.

Потом красавчик цокнул языком, покачал головой и, воздев руки, сказал:

– Где мои манеры?!

Он повернулся ко мне и, приподняв брови, тонкие как у какой-нибудь модницы, протянул руку.

– Джеймс Эверетт Колби. Я из Бостона, Массачусетс. Рад знакомству.

В жизни про Бостонамассачусетс не слышала. В БиСи места с таким названием точно не было, разве что где-то далеко на юге.

– Меня зовут Элка, – сказала я, нежно прижимая к себе тарелку и вылавливая пальцами последние кусочки свинины.

Он протянул руку, но я ее не пожала. Как по мне, это уж слишком фамильярно.

– Эл-ка, – повторил Колби, зачем-то разорвав мое имя на две части – вроде как на вкус пробовал. – Похоже, имя германского происхождения. Означает «благородная».

Я поморщилась.

– Никакого не германского. Мама говорила, что меня воспитали дикие животные.

Некоторые парни странно себя ведут, когда говоришь им, что они не правы, однако Колби только еще шире улыбнулся, блеснув острыми белыми зубами. Было в нем что-то лисье – блеск в глазах, что ли?

Я поставила тарелки одна на другую. Щеки полыхали.

– Ты тоже за золотом на север едешь? – спросила я, не зная, что еще сказать.

– Вроде того. Я занимаюсь экспортом-импортом. Половина ящиков в этих доках принадлежит мне. Оборудование для шахтеров.

Я понятия не имела, что значит «экспорт-импорт», но спрашивать не стала, а просто кивнула. Решит еще, что я совсем необразованная.

– А ты на этом корабле поплывешь?

– Да, отплываем завтра утром в девять. Ты тоже там будешь? Между нами, не переношу качку. – Он наклонился ко мне поближе.