Волчья песнь

— Какого черта… — прошептал я.

Гордо пожал плечами, отодвинул стул напротив меня и сел. Вздохнув, потер рукой щетину на голове. Она заскрипела под его пальцами.

— В какой-то момент он просто перестал разговаривать, Окс. Картер с Келли сказали, нечто подобное случилось с ним после… ну. После Ричарда Коллинза. И до того, как появился ты.

— Но… Как… он же Альфа. Как, черт возьми, он… О Господи. Ему ведь даже не обязательно было говорить, да? Узы. Узы стаи, связующие вас друг с другом.

Гордо вздохнул.

— Да. Это было… достаточно сильное ощущение.

— Значит, он перестал разговаривать, — ровно произнес я.

— Преимущественно. Если и заговаривал, то это было всего одно-два слова. В действительности, больше напоминало рык.

— И вы все это допустили.

— Ничего мы не допускали, Окс. Просто так сложилось. Думаешь, можно хоть как-то заставить скорбящего Альфу что-либо сделать? Вперед. Милости прошу.

— И правда, — огрызнулся я. — Откуда же мне знать, что такое быть скорбящим Альфой.

Это заставило его застыть. Какой бы гнев в нем не клокотал, он тут же угас, и теперь Гордо выглядел просто усталым. А еще гораздо старше, чем за все время, что я его знал.

— Окс, — тихо начал он.

— Не говоря уже о том, что ты оставил здесь свою чертову истинную пару…

Его лицо окаменело.

— Не вмешивай его сюда.

— Ну, по крайней мере, теперь ты это хотя бы признаешь.

— Я не хочу говорить о нем.

— Ему это известно?

— Окс.

— Три вопроса.

Гордо моргнул.

— Что?

— Я задам три вопроса.

— Оставь Марка в покое.

— Не про Марка. Обо всем остальном.

— Окс, я же сказал. Это должно исходить от…

— Гордо.

— Прекрасно, — в его голосе звучало легкое раздражение. Этим Гордо напомнил себя прежнего, которого я очень хорошо знал. — Три вопроса. Но я попрошу тебя о том же.

— Отлично, — вся кожа зазудела. — Я начну первым.

Он кивнул. По какой-то причине татуировки на его руках вспыхнули, став ярче.

— Почему вы избавились от телефонов? — спросил я.

Гордо уставился на меня. Он явно не этого ожидал.

Я ждал.

— Джо думал, так будет легче, — медленно проговорил он. — Полагал, если мы разорвем все связи, то сможем сосредоточиться на первоочередной задаче. Напоминание о доме, обо всех вас, только усложняло ситуацию.