Волчья песнь

Следовал за Гордо, пока тот бормотал что-то себе под нос, и присматривал за тем, чтобы никто в Грин-Крик не заметил, как его татуировки перемещаются по рукам. Он сказал, что в этом нет необходимости. Что никто не узнает. Но я все равно ходил с ним.

Джо почти не разговаривал со мной, даже когда был человеком, и даже когда я находился рядом.

Я не понимал, через что он проходит. Не понимал, что отдал ему Томас. Не понимал, что значит быть Альфой. Оставалось лишь надеяться, что меня окажется достаточно в качестве его уз.

Разумеется, все ухаживания прекратились.

Я не возражал. Понимал, что есть и другие вещи, на которых он должен сосредоточиться. Более важные дела.

* * *

Как-то раз я отправился на работу, просто чтобы занять себя чем-нибудь другим.

Гордо там не было. Он остался с Джо, желая обсудить то, что не предназначалось для моих ушей.

Быть может, я долго сверлил их взглядом за это. Они же смотрели на меня в ответ с пустым выражением на лицах.

Возможно, я даже хлопнул дверью, выходя из дома.

И не гордился этим.

Так что, не имея ни малейшего представления о том, куда идти, отправился в автомастерскую.

Избегая при этом главной улицы. Потому что не хотел, чтобы кто-нибудь меня остановил. И попытался заговорить со мной. Выразить соболезнования. Меня уже тошнило от соболезнований.

Наверное, то, что я злился на Джо и Гордо усугубляло все еще сильнее, хотя я очень старался этого не делать. Однако раньше они ничего от меня не скрывали. С тех пор, как мне стало известно о ведьмаках и волках.

Но когда я впервые за несколько дней увидел мастерскую, гнев немного поутих. Это ослабило печаль. И подумалось, что так, возможно, мне удастся ненадолго сбежать. По крайней мере, хоть на какое-то время.

Я вошел внутрь. Над головой звякнул звоночек, когда я открыл дверь в приемную. От этого звука сердце болезненно защемило, правда, в хорошем смысле.

— Я сейчас! — раздался голос из глубины автомастерской.

Я узнал этот голос.

Горло перехватило.

— Добро пожаловать к Гордо, — поприветствовал Рико, выйдя навстречу. Он вытирал руки тряпкой, пытаясь избавиться от масла, въевшегося под ногти. От тряпки исходил сладковатый запах кокосового масла, на которое Рико чуть ли не молился. Остальные пользовались обычным мылом с водой. Рико же повторял, что на вкус и цвет товарищей нет.

— Чем могу вам по…

Он резко умолк, уставившись на меня.

— Хэй, — произнес я. — Привет… Привет, Рико.