Войны Наследников

Она повернулась набок и приподнялась на локте.

Кристина смотрела на меня тяжёлым взглядом.

Я вздохнул и произнёс:

— Хорошо. Света почти призналась мне в любви и хочет стать моей женой. Но раз уж ты завела эту тему, то и сама в курсе. Кто хоть слил информацию? Пожарская?

— В некоторых вопросах мы смогли наладить общение с Ярославой Васильевной, — с серьёзным видом кивнула Кристина и продолжала на меня смотреть пристально.

— Брось, — усмехнулся я. — Я ведь вижу, что ты играешься.

Несколько секунд она буравила меня хмурым взглядом, а затем прыснула со смеху.

— Но ты так весело пытался свернуть с этой темы, — усмехнулась Кристина. А затем посерьёзнела и проговорила: — Никаких сцен тебе я, разумеется, устраивать не буду. И приму любой твой выбор. Всеми силами я буду поддерживать любовь внутри нашей семьи и уют в доме. Так что делай то, что считаешь нужным.

— Серьёзно? — удивился я.

— А что ты хотел? Хотел всё-таки истерику? Могу устроить.

— Нет, спасибо.

— Дорогой… Я уже взрослая девочка и знаю, как делаются дела в нашем мире.

— Стоп-стоп-стоп! — выпалил я. — Ты что же мне сейчас целую толпу сватаешь?

Она улыбнулась и чмокнула меня в нос.

— Я просто говорю по теме, дорогой, — произнесла она, вновь посмотрев мне в глаза. — Я верю, что наша семья будет гораздо крепче и дружнее, чем та семья, которую создал твой отец. Что наши дети не будут воевать за власть. Что мы сможем их достойно воспитать. Конечно, если я буду твоей единственной женой, мне это очень польстит. Но… решать тебе. И вот ещё что, — она лукаво улыбнулась и взглядом указала мне между ног. — Когда ты станешь императором и будешь гораздо чаще ночевать дома, а не спасать людей и границы империи… Боюсь, тогда я не выдержу таких соревнований каждую ночь.

Она хмыкнула и ещё раз поцеловала меня.

Удивительная женщина!

Удивительные порядки в этом мире.

* * *Даже когда я ни с кем не сражаюсь и не бегу кого-то спасать, дел у меня хватает.

Даже не так — как раз в те моменты, когда я не воюю, всякие административные дела захлёстывают меня с головой и норовят полностью раздавить под своим весом.