Война за Проливы. Решающий удар

Обе они достаточно хороши в седле, чтобы не ударить в грязь лицом, метко стреляют, премного храбры, и в то же время хладнокровны…

– Георгий! – окликнул я молодое дарование, – ты слышал, что сказал генерал Келлер? Ты и в самом деле хочешь перевестись в кавалерию? И если ты скажешь «да», я не буду тебе препятствовать.

– Если конная армия все же пойдет в рейд, то я хотел бы быть с Федором Артуровичем, – ответил Георгий, – а если нет, то мое место в вашем корпусе. Ведь я догадываюсь, что после капитуляции Венгрии вместе со всеми высвободившимися силами вы отправитесь на юг к древним стенам Цареграда ставить точку в существовании зловредной Османской империи.

– Вот видите, Федор Артурович, – едва заметно пожал я плечами, – наш молодой человек еще не решил. Как и всем юношам, ему хочется всего и сразу, даже если для этого потребуется разорваться на две половины. – Дальше я продолжил, понизив голос: – Впрочем, если вы и в самом деле пойдете в рейд, я отпущу его с вами под вашу личную ответственность.

"– Да, Вячеслав Николаевич, понимаю, – ответил граф Келлер, – и надеюсь, что если выдастся такой случай, то я сумею преподать ему свою часть жизненного опыта. К тому же хочу сказать, что мысль о Царьграде крайне интересна: я тоже хотел бы поучаствовать в этом славном деле, если оно будет.

– Поучаствуете, Федор Артурович, наверняка поучаствуете, – сказал я, – пусть даже и не в самом штурме османской столицы, где кавалерии не место, а только в операции обеспечения – но все равно дело будет весьма славным.

– Ну, Вячеслав Николаевич, – усмехнулся Келлер, – ваши бы слова да Богу в уши! А сейчас соизвольте откланяться, дела-с…

26 июля 1908 года, полдень. Транслейтания (Венгрия), Будапешт, Будайская крепость.

Две недели королевство Венгрия живет без короля – что на троне, что в голове. Разброд и шатания, революционеры и консерваторы, республиканцы и легитимисты – все смешалось в одну кучу.