Во власти дракона

— Госпожа Рона, ну что же вы? А если бы он пошел сюда? — прошептала она укоризненно, втаскивая меня в комнату.

Это оказалась роскошная гостиная, в которой я уже успела побывать вместе с Арраном. Ну, или ее полная копия, что сомнительно. Диля, не давая опомниться, потянула меня дальше.

— Давайте поторопимся. Раз уж темный эльф ищет именно вас, то лучше убраться отсюда как можно скорее.

Мда, она тоже все слышала.

— Госпожа, я знаю, где выход, — вмешалась Лила. — Мы сейчас должны пройти в эту дверь.

— Вы не переживайте, госпожа Рона, я не начну вас бояться только потому, что вы дракон.

— Я не…

— Отрицание очевидных вещей еще никому не помогало, Вероника, — раздался голос с дивана.

Я вздрогнула и обернулась. Среди ярких подушек развалился полуголый Энтаралинар, друг Аррана. Он широко улыбался, глядя на меня.

ГЛАВА 28

— Что ты здесь делаешь? — спросила я.

— Я же говорил, — укоризненно ответил дух, — отдаю долг. А ты, я смотрю, гуляешь? С подружками? Привет, красавица! — он ослепительно улыбнулся Диле.

— Привет! — в тон ему ответила она, оценивающе осматривая мужское тело. Посмотрела на меня: — А он хорошенький. Можно я его возьму?

— В каком смысле? — не поняла я.

— В смысле, проведу с ним ночь? — бескомплексно пояснила Диля. — Что-то в нем такое есть… не могу понять, надо попробовать. Но чутье говорит о том, что подобного мужчины у меня еще не было.

О как! Я просто опешила от такого заявления.

— Диля, а почему ты у меня спрашиваешь? Может, лучше у самого мужчины поинтересоваться?

Я кивнула на Энтара, который приподнялся на локтях и с живейшим интересом взирал на Дилю.

— А чего у него спрашивать? Неужто думаешь, что откажется? От меня?!

На ее лице было написано самое искреннее недоумение. Действительно, наивность и простота — мощное оружие…

— Ну, раз так считаешь, то бери, — благосклонно разрешила я.

«Парень» смотрел на Дилю и выглядел при этом так, что хотелось предложить ему съесть лимон. Без сахара, конечно. В смысле, очень довольное у него выражение лица было…

— Я же сказала всем вам выметаться! — вдруг прервал нашу идиллию громкий и высокий практически вопль.