Вновь учиться жить

Оторвавшись на секунду, Оля провела пальцами по его щеке и прошептала:

– С днем рождения.

Сторхов улыбнулся уголками губ и ответил:

– Спасибо, но для меня настоящая радость, что ты рядом.

– А Вика? – с надеждой прошептала Латрова.

– Тоже здесь, уже играет в песке с детьми, – весело заметил он, а потом добавил: – Оль, это не дело, что ты мне так не доверяешь…

– Я хотела тебе рассказать. Честное слово. Но Зина попросила… не говорить. Ее избили и предупредили, что если…

Олег с силой прижал свою женщину и произнес:"

"– Я уже знаю.

Это Наталья все организовала. Но ее больше нет, она сама во всем виновата. Оль, ты даже не представляешь, что я испытал, когда читал твое письмо и увидел дочь в слезах.

– Прости, – выдохнула Латрова дрожащим голосом. – Я так вас люблю!

– Как я ждал этих слов, – счастливо произнес Олег, и выдохнув: «Я тоже тебя люблю», накрыл ее губы в нежном поцелуе, прижимая так сильно, насколько мог.

***

В обед следующего дня Сторхов с семьей уезжал домой.

Ольга счастливо махала рукой, радуясь, что с чистым сердцем прощается с деревней. Свой дом она переписала сестре, заверив все нотариально. Все накопления, что у нее были, она отдала ей, так как ночью Олег, обнимая ее в постели после нежных и долгих ласк, предупредил, что обеспечивает семью только он. Если она хочет работать, то эти деньги пусть тратит по своему усмотрению.

Зина решила еще погостить в деревне, тем более что Оксана была очень рада. Ей очень нравилась категоричная подруга Ольги, и она даже не стала отказываться от мужской помощи Архипова, который уже с утра принялся помогать по хозяйству, постоянно припираясь с Котовой.

Но никого это не смущало, наоборот, даже веселило, ведь как таковой агрессии не чувствовалось.

Оксана еще долго провожала взглядом машину Сторхова, прижимая руки к груди. В ее душе было столько счастья и облегчения, что такая добрая и отзывчивая женщина, как Ольга, смогла простить ее семью.

Помимо этого, помогла и переписала дом, чего она совсем не ожидала.

Лисицкая посмотрела на бесконечно синее небо и улыбнулась, веря, что это только начало хорошей жизни. И пусть путь будет тернистым, но теперь она не будет отчаиваться. Нужно верить и идти вперед.

Повернувшись в сторону дома, где Зинаида усердно спорила с Михаилом насчет тротуарной плитки, которую они решили выложить, чтобы, когда лил дождь, не плавать в лужах, пошла к ним.