Внеклассное чтение. Том 1

Поглядим?

Господин Лола послал публике воздушный поцелуй и визгливым голосом объявил:

— Куклы мои, как я рада всех вас видеть на нашем междусобойчике! Вы все такие желанные, такие эротичные, я чудовищно возбуждаюсь, прямо вся обтекаю!

С этими словами он сдёрнул парик, и стало видно, что по абсолютно лысому черепу стекают ручейки пота.

Все засмеялись, зааплодировали, а Лола подмигнул двухметровому Фандорину, сложил толстые губы бантиком и подвигал ими вверх-вниз.

— Обожаю длинных мужчин. Особенно если у них правильно соблюдены все пропорции.

Снова смех и аплодисменты. Николас ощутил на себе множество любопытствующих взглядов и поневоле ссутулился. Валя успокаивающе взяла его под руку, и на сей раз он не отодвинулся — так было как-то спокойней: со стороны посмотреть — обычная гетеросексуальная пара.

Лола попудрил сизый нос и торжественно объявил:

— А сейчас, целки мои, перед вами выступит божественная Чики-Чики-сан, звезда японского стриптиза."

"Заиграла подвывающая восточная музыка, и на эстраду, мелко семеня, выбежала хорошенькая раскосая девушка в белом кимоно.

— Пойдём отсюда, — потянула Фандорина за рукав Валя. — Никакая это не японка, а один шитхед из Улан-Удэ. И чего их всех от него прёт?

— Ревнуешь? — засмеялся Николас, протискиваясь к выходу. — Выступила бы сама.

Валя фыркнула:

— Буду я танцен-шманцен перед всякими педерастами.

Но видно было, что успех псевдояпонки задевает её за живое.

В третьем зале, самом большом из всех, располагались ресторан и, в дальнем углу, дансинг, откуда доносилась однообразная музыка, несколько напоминающая скрежет дворников по сухому стеклу.

— Супер! — прижала руки к груди Валя. — Вот это музон, вот это драйв! Как вставляет! Пройдёт двести лет, и про нас скажут: лаки бэстардз, они были современниками великого ди-джея Кавалера Глюка.

— Разве эта музыка имеет что-то общее с Глюком?

Фандорин напрягся, вслушиваясь, но никакого сходства не обнаружил.

— А то нет? — полуприкрыла затуманенные глаза Валя. — Я сейчас, у меня колл оф нейча.

Отлучилась в туалет — на каких-нибудь две минуты, но когда вернулась, её было не узнать: в расширенных зрачках посверкивали шальные искорки, рот расползался в блаженной улыбке, а всё тело так и вибрировало в такт музыке.