Двойник Короля 10

Чёрная энергия, похожая на живые тени, заструилась по его телу, заживляя раны и восстанавливая силы.

Нужно было действовать быстро. Я посмотрел на Ама, который всё ещё боролся с раной на горле. На мать перевёртышей, которая медленно восстанавливала свою форму после атаки. Паучки тоже понесли потери: трое из них лежали неподвижно, остальные прятались, ожидая новых приказов.

Рука сама потянулась к карману, где лежал заларак. Иголка капризная и непредсказуемая, но сейчас она была моим козырем.

— Эй, сын собаки! — крикнул я, привлекая внимание пирата.

Маг прервал заклинание и обернулся. Его изуродованное лицо исказилось от ярости.

— Ничтожество. Тебя не пустили бы в гарем даже полы мыть! — ответил он, делая шаг в мою сторону.

— Мощно… — закашлялся я, притворяясь более раненым, чем был на самом деле.

Нужно было подпустить его ближе. Заларак требует прямого контакта, чтобы сработать эффективно.

— Ты умрёшь, русский с душой евнуха! — прорычал пират и бросился на меня.

Он был быстр, как молния. Не успел я моргнуть, как мужик оказался рядом и вонзил руку мне в грудь. Не клинок, не магию, а свою ладонь. Мляха! Больно вообще-то. Его магия разлилась по телу, и сердце начало сбавлять ритм. Но я улыбнулся, ведь именно этого и ждал.

В руке показался заларак, который я воткнул прямо в единственный глаз пирата. Артефакт вошёл глубоко, пронзив глазное яблоко и достигнув мозга. Пират завизжал, как резаная свинья. Он отдёрнул руку от моей груди и схватился за лицо, из которого торчала иголка.

А потом произошло нечто странное. Заларак почернел, словно впитывая в себя тьму из тела мага. Иголка начала вытягиваться, превращаясь в длинную спицу, которая пронзила весь череп пирата и вышла с другой стороны.

Тело турка сложило пополам. Позвоночник хрустнул, словно сухая ветка. Чёрная магия, которая только что питала его, теперь, казалось, пожирала своего хозяина. Но пират ещё не был готов сдаваться. Он собрал последние силы и махнул рукой в мою сторону.

— Па-па! — разнёсся такой пронзительный рык по морю, что волны, казалось, на мгновение замерли.

Ам, несмотря на ужасную рану на горле, бросился на помощь.