Вначале было слово

«Волдырь оттягивается в кабаке, — машинально подумал Рублев и тут же одернул себя. — А на какие шиши? Ведь мне ясно сказали, что он сейчас на мели. Значит, рыщет по городу в поисках бабок. Тогда у меня есть шанс застать его до темноты»."

"Поудобнее устроившись в машине, Борис стал ждать. Вынужденное безделье пробудило воспоминания о событиях вокруг фитнес-центра. Команда, в которой рэкетирствовал Волдырь, представляла собой стаю агрессивных и алчных дворовых пацанов. Сбившись в единое целое, они сумели подчинить себе нескольких бизнесменов.

Действовали вымогатели исключительно кулаками, на мокрое дело идти боялись и, хотя обзавелись парочкой стволов, использовать их были готовы только в крайнем случае. И они слишком поздно сообразили, что Комбат — это и есть крайний случай! Они приняли Рублева за чересчур самоуверенного старпера, ищущего приключений на свою задницу. Волдырь вообще наобещал ему столько во время их первой встречи, что исполнись хотя бы один из его посулов, часы Комбата на нашей земле-матушке оказались бы сочтены. Рублев на обещания поскупился, ограничился делом. Дело это надолго лишило Волдыря возможности кому-то угрожать. И посеяло сомнения в верности избранного жизненного пути. Как говорится, память о карающей руке Комбата навечно осталась в его сердце!

Волдырь одним из первых усвоил прописную истину, что брать чужое очень плохо. Затем Борис приучил к этой аксиоме остальных вымогателей. Рублев отбивал у них охоту рэкетирствовать в буквальном смысле этого слова. И хорошо отбивал! Лишь несколько счастливчиков избежали наглядных уроков Комбата.

Сгустились сумерки. Буквально в пяти метрах от «форда» остановилась колымага, едва ли заслуживающая гордого имени «иномарка». Лишь фирменный значок «опеля» робко намекал на это. Рублев встрепенулся. Он увидел, как из машины выбрался Волдырь и направился к подъезду. Когда надо, Комбат мог передвигаться очень быстро и очень тихо. Волдырь ничего не услышал. Бывший вымогатель набрал код входной двери и очень удивился, когда, стоило зуммеру просигналить о выполненной команде, ему на плечо легла тяжелая рука.

Волдырь нервно дернулся, обернулся, и на лице его появилось такое выражение, словно на него одновременно собирались наброситься все отрицательные герои фильма «Ожившие мертвецы».

— Здравствуй, Гена! — ласково сказал Комбат. — У меня для тебя две новости. Одна хорошая, вторая плохая. С какой начать?

— С л-л-любой. Как вам удобнее, — заикаясь, предложил Волдырь.

— Ладно, согласен.