Вначале было слово

Выпускнику глубинки было бы трудно поступить в престижный вуз, но отец Игорька, занимавший должность начальника цеха, выхлопотал ему целевое направление. Пять лет Марципанов наслаждался студенческой жизнью, не особо утруждая себя учебой. Он продолжал заниматься боксом, выступал за сборную института на различных соревнованиях. Кроме того, много времени отнимали студенческие вечеринки и девушки. За учебники он садился только во время сессии. Надо отдать должное будущему мультимиллионеру и владельцу комбината, он был молодым человеком не без способностей.

Директор комбината не слишком обрадовался такому специалисту, да и отца Игорь сильно разочаровал. Ему, как и всякому родителю, хотелось гордиться своим сыном, а чему тут гордиться, когда средний балл диплома был таким низким.

Институтские знания и реальный бухгалтерский учет на советском предприятии имели между собой мало общего. Главным тут было искусство приписок, которые требовалось делать так, чтобы комар носа не подточил. Виртуозное искажение бухгалтерской отчетности лишь во вторую или третью очередь преследовало личные корыстные цели.

На нем зижделась вся система социалистического хозяйствования. Без приписок оставалось только мечтать о перевыполнении плана. Следовательно, лишь ловкий бухгалтер мог обеспечить премиями весь завод от простого разнорабочего до директора.

Радея о коллективе, главный финансист предприятия уделял внимание и собственным интересам. Причем с каждым годом этот интерес все увеличивался.

Эта тенденция наблюдалась и на комбинате. Со временем главный бухгалтер потерял чувство меры. На его беду и счастье всего предприятия, Марципанов оказался толковым учеником. Он вычислил проделки своего шефа и доложил о них директору комбината. Дело было в те времена, когда перестройка билась то ли в агонии, то ли в родах, производя на свет чудовище под названием «свободное российское предпринимательство». Директор главбуха немедленно уволил, а Марципанова усадил на его место. Игорь Леонидович продолжил дело своего начальника, только был гораздо скромнее в запросах. Приворовывал, конечно, но на порядок меньше, чем уволенный руководитель.

Прошло четыре года. Ветер перемен, усилившийся до штормового, сдул в неизвестном направлении директора комбината. Его место занял невесть откуда взявшийся человечек. Поговаривали, что он был ставленником местного уголовного авторитета. Еще через некоторое время Марципанов убедился в точности этих слухов.