Владелец

Анализировать свое поведение не имело смысла, она и так знала, что ее беспокоило отсутствие Кайрена за ужином. Почему он не пришел? Может, их поспешный уход с завтрака его оскорбил?

Девушка повернулась на живот, подняла ступни, поболтала ими и скрестила ноги в лодыжках. Подперев ладонью щеку, подтянула к себе другой рукой планшет и начала рисовать стилусом. Набрасывая чей-то образ, она сначала не имела в виду никого конкретного. Но рука, словно сама по себе, порхала над экраном, выводя знакомые черты. Художница, повинуясь старому приему изображать заинтересовавший объект, на этот раз рисовала того, кто беспокоил, пугал и волновал до дрожи.

Через несколько минут Шанель даже позу сменила, уселась на пятки и начала вглядываться в получившийся рисунок. Почему-то знакомые серые глаза вышли холодными, а угловатое лицо отражало внутреннюю хищную сущность обладателя. Таким, благодаря внутреннему чутью, она видела Кайрена фен Драма без прикрас и непроницаемой маски, которую этот мужчина надевал при посторонних.

Девушка обвела пальчиком контуры лица на портрете, залюбовалась и, не думая, выдохнула: «Кай…» Имя, сорвавшееся с губ, неожиданно испугало ее саму. Она отбросила планшет в сторону и прикрыла ладошками рот.

Шанель разозлилась на себя, на Кайрена, на всех и вся. Она не может, не должна думать о нем, и главное — больше никогда не должна произносить личное уменьшительно-ласкательное имя постороннего для нее мужчины. Она опять нарушила многовековые правила Шейта. За подобные вольности Великий Шейтин может наказать — привязать к обладателю имени.

Леди Шей Кримера поведала дочери секрет своего замужества. Встретив лорда Корина Кримера, мама влюбилась в него с первого взгляда, но тот вел себя чрезвычайно сдержанно, отстраненно. Тогда мама решилась на отчаянный шаг. Она постоянно беззвучно произносила его имя: «Корин, Кори, Кори, любимый…» И — о, счастье! — Корин Кримера обратил на нее внимание. Сбылось — сам Великий Шейтин помог молодой женщине обрести своего хозяина и любовь.

— Шанель, я ложусь спать. — В комнату заглянула уже переодевшаяся на ночь Айсель.

Заметив, что сестра при звуке ее голоса странно вздрогнула, словно испугалась, она подошла к кровати и увидела рисунок на планшете. Очень реалистичный портрет. Леди Шанель Кримера талантлива — этого у нее не отнять.