Владелец

Как только качество эльзанской продукции распробуют, узнают, мы заберем большинство рынков сбыта.

— Может начаться торговая война… — шепнула Шанель и сразу прижалась к мужу, испугавшись за него, лишь только слово «война» опрометчиво скользнуло с языка.

— Мы будем к этому готовы, Шани, — снисходительно произнес Кайсар, перебирая пряди белокурых волос на ее голове.

Только она не успокоилась и, тщательно скрывая страх, спросила:

— Эльзанцы так же ревностно относятся к близким, как и к своим вещам?

— Ты о чем? — не совсем понял Кай.

— Например, родители… — Шанель нарочито равнодушно пожала плечами. — Как они относятся к тому, что их ребенок уходит в другую семью? — Замерла и дрогнувшим голоском продолжила: — Или сын завел семью? Примут ли его выбор спокойно, и не бывает ли с этим проблем?

Мужчины переглянулись понимающе. Ответил Кайсар:

— Все зависит от степени развития собственника в каждом из нас. И от ситуации в целом. Но иногда родители с трудом делят своего ребенка с его супругом, заявляя слишком много прав на него.

— Да? И откуда такая уверенность? — приуныла она."

"— Потому что ты — моя собственность! Ты просто уникальна! И ты, по сути, принадлежишь моей семье. Поверь, мои родители, узнав тебя лично, примут в свой ближний круг без сомнений. И помогут мне охранять тебя…

— Охранять? — с недоумением переспросила Шанель.

Кайсар замялся, судорожно ища замену опрометчиво вылетевшему слову, а затем под насмешливым взглядом друга быстро выпалил:

— Заботиться, обезопасить от всяких там… сложностей и проблем…

Лоэл не выдержал и хохотнул над попыткой друга вывернуться. А еще он отметил, что умненькая шейта тоже догадалась о тайных планах мужа сделать из нее тщательно охраняемое, неприкасаемое сокровище, которое закроют дома и не выпустят. Поэтому она одарила своего хозяина предупреждающим, но вместе с тем любящим взглядом.

— У вас только одна сестра, леди Шанель? Может, подруги есть? — вкрадчиво поинтересовался он.

Теперь пришел черед Кайсара с пониманием ухмыляться, а Шанель мрачно ответила:

— Одна, но как вы уже слышали, она обрела хозяина.