Владелец

— Такое ощущение, что ты либо хоронишь кого-то, либо навсегда расстаешься, либо решила утопить меня в слезах за все, что я с тобой сделал… — вытирая ладонью ее лицо, начал уговаривать Кайсар.

Шанель, всхлипнув, тоскливо прохрипела севшим голосом:

— Я их никогда больше не увижу-у-у…

— С чего ты взяла? Эльзан вскоре начнет экспансию новых рынков: финансовых, торговых, промышленных. И, естественно, займется поиском партнеров. Почему бы Империи Шейтин не занять это место? После знакомства с тобой у меня есть веские основания полагать, что наши расы весьма похожи и могут найти много точек соприкосновения.

— Полагаешь? — хлюпнув носом, воспряла духом шейта.

— Уверен! — весело хмыкнул эльзанец."

"Поддерживая девушку одной рукой за талию, второй Кайсар вытирал ее слезы, затем опять начал поглаживать и неожиданно залюбовался. Чуть покрасневший носик и припухшие, но сверкавшие как драгоценные камни глаза не портили ее, наоборот, добавили нежного очарования и ранимости.

Кайсар впервые в жизни ощутил невероятное желание защитить не свою собственность или вещь, а живое существо. Более того — женщину! И желание это оказалось настолько сильным, что вызвало странную тянущую боль в груди.

— Это правда? — не выдержал он и спросил о том, что совсем недавно чуть не выбило из него дух.

— Что именно? — недоуменно поинтересовалась Шанель, вытирая ладошками глаза.

— Ты сказала брату, что любишь меня! Это правда? Или ты просто пыталась успокоить свою семью?

Шейта изумленно распахнула глаза и выпалила:

— Разве можно лгать о любви? Конечно, правда! Если бы я солгала, нас обоих наказал бы Великий Шейтин!

Кайсар ощутил, как горячо становится внутри: они с собственником буквально закипели от необъяснимой радости.

Казалось бы, ну любят его, что здесь такого?! И все же это известие наполнило невероятной легкостью — взлететь можно. Странные чувства!

И опять поинтересовался тем, что зацепило внимание:

— Почему обоих?

Шанель шмыгнула носом, пожала плечиками и пояснила:

— Любовь священна! Как и семя Великого, она дарует жизнь.

Разве можно ее осквернять, торговать ею, использовать в корыстных целях?! Нивелировать саму ее сущность, значение. Поэтому солгавший достоин самого сурового наказания. Поверь, это не пустые слова, прецеденты были, и немало. Наш Великий Шейтин весьма строг, и его гнева боятся. На Шейте никто и никогда не солжет, что любит.