Двойняшки для олигарха

Под моей ладонью нервно бьется пульс, словно сердце упало прямо туда, где я сейчас прикасаюсь. Громко, рвано, захлебываясь.

— Пусти меня! — дергается.

— Поужинай со мной.

— Нет, Рафаэль! Вали к своей жене, а меня оставь в покое!

— Ночью ты говорила совсем другое.

— Это не я. Это повышенный в крови градус. А сейчас я тебе ответственно заявляю, иди к черту, Шакиров! — опять пытается вырваться.

— Я там был, мне не понравилось. И, кстати, буду еще сегодня. Ужин с тобой гораздо приятнее, Юль.

— Мне нужно работать…

— Я — твое самое высокое начальство, Шакирова.

— Время! Ты, кстати, тоже, высокое начальство. Сколько там у тебя час стоит? Можно накормить голодающих в жарких странах?

— Язва. — улыбаюсь.

— Ужина не будет, Рафаэль. Ничего не будет! Вообще! Все! Ты однажды исчез из моей жизни. Будь добр, сделай это еще раз!

— Я не исчезал! — срываюсь на рык. — Ты же не знаешь ни черта и объяснить не даешь!

— «Я женюсь на другой», «сделай аборт, я не готов к детям» … Хм… Что там еще был, напомни?

— Юля… — устало закрываю глаза.

— Нет, Раф. Тебе не место в моей жизни.

А голос дрожит, и глаза потухли. Больно ей. Знаю. Если бы я не ушел, было бы хуже, сейчас все иначе и я могу рассказать правду. Хотя бы просто поговорить для начала, но она ни в какую. Сдаться? Отпустить? Вообще не про меня, только передавить сейчас не хочется. Сделаю только хуже.

— Иди работай, — отпускаю ее.

Юлька удивленно на меня смотрит не спеша уходить. Да не хочет она уходить! Или я все придумал? Это я не хочу, чтобы уходила…

Не хочу.

— Пока, — произносит тихо и скрывается за дверью, оставив после себя лишь шлейф этих отвратительных духов.

— До встречи, — произношу в пустоту.

На экране мобильного уже несколько пропущенных от помощницы тестя. Закрываю кабинет Мэта, оставляю ключи внизу на посту охраны, предупреждая друга сообщением, где их искать.

У входа на парковке нахожу свою машину.

— В «Калифорнию», — даю распоряжение водителю, поднимаю разделительное стекло отгораживаясь от него. Так лучше. Хочется немного побыть одному."

"На губах играет улыбка. Отшила меня, зараза, после того, что произошло. Юльку сексом не купишь, она ценила во мне совсем другие качества, которые давно закопаны очень глубоко и заперты под семью замками. Одни принципы давно сменили другие.