Власовцев в плен не брать

Вечером они встретились в землянке на аэродроме подскока, где базировался истребительный авиаполк майора Линёва. Линёв позвонил в штаб штурмового полка, выпросил Калюжного до утра. Послал за ним машину.

– Я ведь твой должник по гроб жизни, – сказал ему Линёв, когда уже выпили крепко. – И эти ребята из пехоты, которые меня тащили… Я им благодарен.

О коротком пребывании в штрафной роте Калюжный помалкивал. Зачем это знать командиру истребительного авиаполка, Герою Советского Союза?

…Странно было видеть младшему лейтенанту Калюжному, командиру экипажа штурмовика Ил-2 знакомые места сверху.

Миновали лесную деревушку. Два двора сожжены, одни белые печи торчат, остальные целы. Но, похоже, пустые. Хлева распахнуты. Хаты мёртвые. Дальше линия пехотных окопов. Позади две противотанковых пушки. А вот и сигнальные ракеты пошли. Две белые, как условлено. Свои. Дальше – «котёл». Не видно, чтобы из «котла» выходили с белыми флагами.

Ведущий уже заметил цель, начал снижаться для атаки.

Самолёт перед первой атакой тяжёлый, руля слушается с трудом. Пикировать нельзя, можно не выйти. Земля близко, вот они, верхушки деревьев. Ещё несколько метров – и начнут хлестать по плоскостям. Первые пуски производятся, как правило, почти с горизонтального полёта. Это надо знать как «отче наш» и не увлекаться.

– Федя, – скрипнуло в наушниках голосом лейтенант Коростелёва. – Вижу цель. Две коробочки.

– Понял, командир. Атакуем по всей длине колонны и выходим с левым разворотом.

– Коробочки, Федя, кор-ро-боч-ки-и-и-и!

Вначале вниз по курсу под углом примерно тридцать градусов пошла пулемётная трасса. Ведущий производил пристрелку. И тут же под крыльями вспыхнуло, затрепетало, и четыре струи ушли вниз, в точности повторяя траекторию пулемётной трассы.

Калюжный снизился ещё сильней, наклонил нос самолёта ещё на градус.

Машина выровнялась. Руля слушалась хорошо.

Теперь надо сбросить бомбы.

Внизу мелькали фигурки бегущих к лесу людей.

Две чёрных капли оторвались от плоскостей машины лейтенанта Коростелёва. И тотчас самолёт Калюжного подбросило, как будто он налетел на сугроб. Взрывная волна.