Вкус крови

Такую Европу развел, смотреть тошно… всей жратвы на столе – кофе со вшивым печеньицем, ни хера себе, да? А я голодный приперся, в гости же вроде… Сижу, уйти неудобно, в брюхе урчит, и, можешь себе вообразить, все твою картошку с маслицем вспоминаю… Сбежал наконец, а тут как раз тебя Бог навстречу… Во дела, а? Ты-то здесь какими судьбами?..

– М-м-м… – неопределенно промычал Николай. Ничего путного с ходу придумать не удавалось, но, по счастью, Алексей на подробных объяснениях не настаивал. Он уже увлекал Гринько к переходу через проспект, туда, где в доме против пресловутого «шпиля» приветливо подмигивало огоньками круглосуточное кафе.

– Посидим хоть, как нормальные люди… Я тут разок однажды бывал, шашлыки – объедение…

Николай (не без некоторого постыдного облегчения) понял, что придется подчиниться судьбе.

Шашлыки, несмотря на позднее время, оказались действительно объедение: добротные, отлично замаринованные, прожаренные и сочные. Принявшись за угощение, Николай только тут сообразил, до какой степени проголодался.

– Ух ты! – покосившись в окно, сказал вдруг Алексей. – Во забегали!..

Николай тоже посмотрел на проспект. Там уже рассыпали по стенам красно-синие блики мигалки милицейских машин: две затормозили на улице, еще одна как раз въезжала под арку. Под ту самую арку…

Холодок предчувствия стиснул судорогой живот, заставив замереть на полпути вилку с куском шашлыка. Прошло буквально несколько секунд, и на той стороне вспыхнул свет в окнах четвертого этажа.

– Не иначе, сигнализация сработала, – авторитетно заявил Алексей. Светлые глаза были совершенно спокойны. – У меня знаешь один раз как было? Уехал, а от соседей сверху возьми да протеки, и как раз на телефон. Ну нет бы на что другое, а? Квартира на охране, линию коротнуло, сигнал пошел, так такое началось! Тысяча и одна ночь.

– Ага, – пробормотал Николай, не в силах отвести взгляда от грозных силуэтов в бронежилетах и с автоматами, возникших возле машин. С забытого куска шашлыка стекали на пластмассовую тарелку багровые капли кетчупа. В окнах, светившихся на. четвертом этаже, мелькали темные человеческие фигуры, и не было похоже, чтобы там происходила обычная домашняя жизнь.