Витязь 2 (СИ)

В результате пришли к выводу, что я везучий сукин сын.

— Никита, может уже хватит? — попросил Вальцов, когда мы вышли на широкое крыльцо манежа.

— Устал бегать в Москву и от новых знакомств? — хмыкнул я.

— Не в этом дело. Просто это уже перебор, и за тобой скоро закрепится слава записного бретёра. Ну и такой момент, что ты лупишь всех по головам. Никому не понравится выказываемое этим пренебрежение. Вот народ и бесится всё больше и больше.

— Пренебрежение?

— Ну да. Ты словно говоришь, что мог бы и убить, но они остались живы только благодаря твоей милости.

— А почему не предупреждение, что если не остановятся, то могут и богу душу отдать?

— Смеёшься? Какой же нормальный дворянин не знает, что вряд ли доживёт до старости. Имеет значение лишь то, как принять смерть.

М-да. А вот это я действительно упустил. Особенности дворянского воспитания. Ради красного словца, эффектного жеста, красивого и запоминающегося поступка и жизни не жаль. Это, между прочим, ни разу не фигура речи, а самый что ни на есть жизненный принцип дворян аборигенов.

Собственно именно по этой причине и был принят дуэльный кодекс, в той или иной степени схожий во всех странах. Иначе численность дворянского сословия уже уменьшилась бы если не на порядок, то уж в разы, точно.

— То есть, полагаешь, что все воспринимают это, как моё желание унизить противника? — спросил я.

— Именно. — Подтвердил Дмитрий.

— А об этом-то я и не подумал. Впрочем, в любом случае всё скоро всё закончится. — Заверил я друга.

Ни капли лукавства. После той дуэли с убитыми противниками, у нас с тестем состоялся очередной разговор, и он решил, что ему будет на руку слегка пришпорить события, для чего не мешало бы обострить ситуацию. Вот я и реагирую столь остро на различные разговоры вокруг нас с Ольгой.

— Ну что, время позволяет, провожу тебя на портальную площадь. Ещё и на первую пару успеешь.

— А что ещё остаётся. Не мог ты поссориться не среди недели? Да ещё и противника выбрал с ненормальными секундантами.

— Что, тоже душные?

— Я бы не сказал. Но слишком уж они болезненно реагируют. Как будто мы не представляем интересы других, а конфликт между нами. Думал этот опять предложит групповую дуэль.

— Ничего удивительного. Он из окружения княжны Аничковой, а я посмел позволить себе лишнее по отношении к ней.