Виктория – значит Победа. Серебряной горы хозяйка

— И это понятно, но уверяю вас, убийца никогда не берёт в расчёт то, что его могут поймать. Он надеется остаться безнаказанным и получить всё. Так что там с внебрачными детьми?

Господин Фабиан задумался.

— Я понимаю ваши опасения. Но поверьте, я не знаю о внебрачных детях господина Гаспара ничего. Он не признавал никаких внебрачных детей.

— Мог и не признавать, — возразила я. — Вопрос в том, мог он их породить, или же нет.

— Наверное, вам нужен Жироль, камердинер господина Гаспара, — сказал господин Фабиан.

— Так, и где он?

— В доме, конечно же. Я велю позвать.

Вот, уже что-то. А я заодно начну знакомство с обитателями дома.

Камердинер Жироль появился достаточно быстро, я и дух перевести не успела. Он оказался мужчиной лет пятидесяти, одет был добротно и чисто, и поклонился мне, как вошёл. Впрочем, поклонился без особого пиетета, скорее — кивнул.

— Что вы желали узнать, госпожа?

— Господин Фабиан, доставайте собачку, — тот кивнул, достал и, как я понимаю теперь, активировал.

Нужно учиться самой, без собачек.

— Скажите, Жироль, что вы знаете о врагах господина Гаспара?

— Меня уже расспрашивал господин Ренель, я не смогу сказать более ничего, — покачал он головой.

— Господин Ренель должен был расспросить вас, всё верно, — кивнула я, — но я сейчас вовсе не о вопросах следствия. Понимаете, мне не хочется, чтобы тот, кто уже дважды пытался убить меня, преуспел.

— И что будет, если вы решите, что доверять не можете? — он усмехнулся внезапно жёстко, чёрные глаза так и впились в меня.

— Подумаю хорошенько, нужен ли мне в доме такой человек, — я вернула жёсткую усмешку. — Скажите, вы ведь остались здесь после смерти моего супруга, верно?"

"— А где ещё мне быть? Господину Гаспару и в голову бы не пришло прогнать меня отсюда!

— Но господина Гаспара с нами больше нет, — вот, не было печали, ещё и этому доказывать, что я не верблюд.

Только попробуй мне врать, я устрою тебе, мало не покажется! Сама не знаю, что, но устрою.

— Господин Гаспар упомянул Жироля в своём завещании и отписал ему некоторую сумму, — вкрадчиво произнёс господина Фабиан.