Вещие сны Храпунцель

Она, к сожалению, потеряла разум. Никакого Федора я не знаю.

Я заплакала.

– Зачем говорите неправду? Вы ему деньги в кафе давали!

Он на меня уставился.

– А-а-а! То-то ваше лицо показалось мне знакомым. Совсем забыл про того подростка. Не стоит беседовать с Ксенией, она обезумела, живет в своем мире. Прощайте.

И к калитке двинулся.

Я от отчаянья вцепилась в его рубашку.

– Не отпущу, пока правду не скажете.

Владимир дернулся, пуговицы от сорочки на землю упали, сама она по шву треснула, из брюк выскочила, и рукав у меня в руке остался.

– Шрам от пули остался! Вот он! Вор! Мерзавец! Врун!"

"А он не спеша так за калиткой исчез. Стою одна на улице, с рукавом в руке! Что делать? Бежать куда? Жаловаться кому? Как доказать, что я подлеца с Федей в кафе видела? Пошла я на автобус. А он только что уехал! У меня истерика! Плакала без остановки. Потом села в следующую маршрутку, еле-еле до дома добралась. Боже! Ворота открыты! Народ у нас во дворе толпится. Я бегом туда, влетаю на участок, люди меня увидели и замолчали.

– Нашли, да? Мертвого, да?

Игорь Квасин, сосед наш, ко мне кинулся.

– Нет, нет, жив он, дышит, его увезли в больницу. «Скорую» Виктору вызвали, у него с сердцем плохо.

– Я его первым увидел, – уточнил ее муж, – мы осмотрели территорию вокруг того холма с дверью: никого. Степан сказал: «Ничего, точно найдем его, пошли дальше». А меня как иглой кольнуло.

– Надо дома внутри осмотреть!

Грелкин в ответ:

– Да они закрыты.

Но я пошел двери дергать. Четыре створки не поддались, а пятая распахнулась. На полу Федя лежит. Вот и все.

Таня подперла щеку кулаком.

– Врачи сказали, что мальчик чудом выжил. Повезло ему, погода теплая, поэтому он не замерз. Воспаление легких заработал, двустороннее. Еле-еле его вылечили. Когда он в себя пришел, я его обняла.

– Феденька, я люблю тебя.

А сын испугался.

– Ты кто?

Таня закрыла лицо руками.

– Память он потерял, – уточнил Виктор, – вообще нас забыл.