Великолепный тур, или Помолвка по контракту

— Хелми-и-и, — угрожающе протянул Ильмир. — Мне кажется, или ты пьяна?

— Ага… — невежливо фыркнула я, усевшись поудобнее на дне фонтана и пытаясь поймать всплывающую юбку платья. — Пыльцой обдышалась.

— Очень на то похоже, — согласился Ильмир и сделал шаг к фонтану. Но потом подумал и остановился, отдав команду феям.

— Помогите, пожалуйста, моей невесте выбраться из воды. И принесите ей что-нибудь переодеться.

— Но-о… — растерянно пробормотала фея-администратор, делая робкий шажок и не в моем направлении.

— Что «но-о»? — возмутилась я из фонтана, и мне подали две руки. К своей чести я не утянула фей за собой, а выбралась на сушу. С волос и платья текла вода, и везти меня домой в таком виде было нельзя. В стороне тихо и понуро стоял гарем, который от меня такого, похоже, не ожидал.

— У нас, к сожалению, нет сменной одежды… — с искренним расстройством в голосе сказала фея-администратор, косясь в мою сторону с брезгливым сожалением.

— У нас только махровые простыни, — поддакнула ей вторая фея, стоявшая поодаль.

— Ну, так чего ждете? — рыкнул Ильмир. — Нам и простыня подойдет.

Я так решительно не считала, но моего мнения не спрашивали. В ближайшей раздевалке вытряхнули из мокрого платья, замотали в простыночку и выдали на руки Ильмиру. Я все еще играла роль независимой и трезвой женщины, поэтому у фонтана влезла в свои мокрые шпильки. И, покачиваясь, направилась к выходу. При этом старательно придерживала на груди махровую простыночку.

Шеф взглянул на меня с тоской, покачал головой, выдохнул, но ничего не сказал. Только пиджачок на плечи накинул и взял под локоть. Видимо, боялся, что я снова куда-нибудь упаду. У него на это имелись все основания. Мотало меня знатно.

Птички даже в команде не нуждались. Ильмир загрузил меня в гондолу, хотя я порывалась проследить за рассадкой гарема и внести свою лепту, но шеф рявкнул:

— Сиди тихо! Как думаешь, твоя беготня в простыне по причалу не привлечет внимания? Ты и так сегодня звезда, Хелми! Умоляю, посиди тихо хотя бы полчаса, пока мы не приедем домой.

Резон в его словах был, и я, повозмущавшись, устроилась в гондоле. И пока Ильмир контролировал, чтобы птички уплыли в нужном направлении, я прикорнула и по доброй традиции задремала. Проснулась, уже когда Ильмир меня извлекал из покачивающегося судна."

"— Куда ты меня тащишь? — подозрительно поинтересовалась и уперлась каблуками в пол гондолы.