Великолепно!

Кстати, ты видела, чтобы комната пустела так быстро? Похоже, я не единственный хотел, чтобы мы с тобой уединились. Готов держать пари, что моя мать постаралась совершить эвакуацию в столовую за какие-нибудь десять секунд.

– И я никогда прежде не видела, чтобы моя тетка проявляла такую прыть. – Эмма нехотя улыбнулась. – Мне показалось, что дядя Генри сейчас потащит Белл за волосы.

– Забавно. Я считал, что он выше этого.

– Должно быть, ты шутишь. Тетя Кэролайн бывает ужасна в гневе, и он ни в коем случае не стал бы ее провоцировать.

Алекс чуть улыбнулся, гадая, какое давление на него нужно, чтобы заставить остепениться.

– Теперь ты чувствуешь себя лучше? – спросил он.

– Не знаю. – Эмма вздохнула. – Кажется, я устроила спектакль…

– На какой спектакль ты намекаешь?

– Просто вела себя глупо. Мне жаль. Надеюсь, я тебя не огорчила?

Алекс удивленно посмотрел на нее. Он не мог поверить, что Эмма извиняется перед ним после того, как они занимались любовью. Обычно юных леди учили, что добрачные интимные отношения в любой форме сродни вечному проклятию.

– Вполне естественно чувствовать смущение, приобретая новый опыт. – Ему очень хотелось утешить ее.

– Благодарю за понимание. – На губах Эммы появилась тень улыбки. – И все же я считаю, что на некоторое время нам следует остановиться. – Видя, как взметнулись вверх брови Алекса, она добавила: – Право же, не могу описать словами, как скверно я чувствовала себя сегодня днем.

– Ты страдала от чувства вины?

– Да, и от смущения тоже."

"Эмма отвернулась и принялась разглядывать маленькие часы на другом конце стола. Она испытывала гордость, оттого что смогла быть честной с Алексом, и все же боль, от которой ей никак не удавалось избавиться, сбивала ее с толку.

Алекс дотронулся пальцами до ее подбородка и заглянул в глубину нежных фиалковых глаз:

– Прости, но я все равно собираюсь поцеловать тебя.

– Знаю.

Он наклонился ближе к ней:

– Я хочу тебя целовать при каждом удобном случае.

– Знаю.

Его губы почти касались ее губ.

– И хочу попытаться сделать это сейчас.

Эмма вздохнула, убаюканная звуком его голоса.

– Знаю.