Вейн

Девушка подняла глаза, посмотрела на Александра, который сидел как раз напротив.

— Подумайте хорошо, лейна, — вкрадчиво предостерег он, глядя ей в глаза. — А то вдруг мое желание окажется еще… интереснее?

Вейн вернула ему взгляд, и жаркая волна прокатилась по ее телу. О виры, что он делает? Смотрит так откровенно, что мистрис уже поглядывает с недоумением и чуть хмурится. Хорошо хоть Леран о чем-то тихо переговаривается с Люси и не поворачивается в их сторону.

Вейн чуть нахмурилась и прикусила губу. Он перевел взгляд на ее губы, и девушку снова окатило жаркой волной.

Она торопливо посмотрела на доску. Светлые и темные квадраты плыли перед глазами. Вейн, не думая, переставила своего Темного. Александр кивнул и неторопливо передвинул своего короля, дойдя до квадрата, где стояла небесная вира с белоснежными крыльями.

Вейн затаила дыхание.

— Мой ход! — воскликнула Люси.

Вейн все так же смотрела на доску, боясь поднять глаза на сидящего напротив мужчину и опасаясь, что все ее чувства сейчас легко читаются на лице.

Она рассматривала искусно выточенные из кости фигурки, выхватывая лишь детали: белые крылья вир, сапфировые глаза пастушки, черный клинок в руках стража…

«Виры… Помогите мне… кажется, я влюбилась…» — пронеслось в голове Вейн, и она в ужасе стиснула ткань своей юбки. Понимание пришло слишком внезапно, но в то же время было таким правильным. К чему врать самой себе и прятаться за глупыми убеждениями? Здесь, в этой гостиной, возле доски желаний, Вейн совершенно отчетливо поняла, что хочет быть с этим мужчиной, хочет всю жизнь смотреть в его серебряные глаза, видеть его улыбку и делать все, чтобы эта улыбка как можно чаще появлялась на его лице.

Делить с ним то, что ниспошлют виры, и знать, что рядом с ним не страшна никакая беда.

— Ваш ход, Вейн, — тихо и чуть хрипло напомнил Александр.

Она подняла голову, и весь мир исчез, растворился, сузился до одного человека. В этот миг Вейн совершенно точно поняла, что ничьей женой не станет. Ни Лерана, ни кого-то другого.

И нареченному все скажет сегодня же, понимая, что любит его брата и больше не может преступно обманывать, продолжая играть роль его невесты.

— Вейн, ты снова уснула! — рассмеялась Люси.

Вейн, не глядя, переставила фигурку.

— Отличный ход, — одобрительно кивнул Леран, и Вейн удивленно посмотрела на доску.

— Теперь я! — Люсинда сверкнула улыбкой и уверенно передвинула фигурку королевы.

— Шлейх, — воскликнул Ксандр и съел ее «королеву», заняв основной квадрат Люси.