Дантисты тоже плачут

Однако старушка не собирается осложнять жизнь обожаемого воспитанника и никогда не выдаст тайны. А тайн в этой истории, похоже, много. Неожиданно мне вспомнилась найденная на свалке Кристина. Что связывало ее с Резниченко, как у девочки оказалось кольцо Нелли, кто вытолкнул женщину из окна? Где супруги добыли Юру? И где, наконец, встречала я эту даму, что выдает сейчас себя за няню у Владимира? Не говоря уже о том, что совершенно неясно, чья машина задавила несчастную Ленку.

Глава 23

В субботу в гости прибыл Александр Михайлович.

Домашние разбежались кто куда, даже близнецов увезли на прогулку. Мы с полковником пообедали в гордом одиночестве. Помня, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок, я терпеливо поджидала, пока Александр Михайлович насытится. Наконец он вытащил толстую сигару и с наслаждением начал пускать клубы вонючего дыма. Хучик устроился у него на коленях.

– Ну, – проговорил приятель, – давай спрашивай!

– Почему ты решил, что я хочу тебя расспрашивать?

Полковник заулыбался:

– Я все-таки милиционер.

Весь обед ерзаешь на стуле, поглядываешь на часы, велишь подать кофе прямо в столовую, а потом начинаешь буравить меня взглядом. Это же элементарно, Ватсон!

– Вовсе расспрашивать не хотела, просто интересно, что с Ленкой, нашли ли водителя?

– Нет, думаю, что и не найдем. Закроем скоро дело, как бесперспективное. Дорожные происшествия, к сожалению, часты. И многим удается улизнуть от ответственности. Даже когда факт наезда наблюдали десятки зрителей – толку чуть. Один говорит, что машина синяя, другой настаивает – коричневая.

А уж номер запомнить правильно вообще никто не способен.

Лену сбили, очевидно, поздно вечером или ночью. Шел дождь, смывший к приезду милиции все следы. Место безлюдное, уже за выездом из Москвы, свидетелей никаких. Как ты предлагаешь искать виновного? Нет, все, дело дохлое. Пройдет отпущенный законом срок, закрою его и в архив.

– А Нелли Резниченко? Вдруг убийца воспользовался черным ходом?"

"– По-моему, ты неправильно выбрала профессию.

С такой любовью совать нос во все щели следовало стать журналистом. Там тоже несчастный случай. Выпила, да не просто один-другой бокал. Напилась как свинья, алкоголя в крови – море. Можно сказать, кровь в алкоголе. Открыла окно, и все. А черный ход у них давно заложен, я проверял. Так что не ищи тайн со скуки, а упражняй умишко на кроссвордах.

И Александр Михайлович принялся любовно поглаживать спящего Хуча. Больше всего мне хотелось вывалить их обоих из кресла.