Дантисты тоже плачут

Очень хочется рассказать Александру Михайловичу, но полковник тут же начнет расследование, и в результате пострадают невинные дети: Ева и Юра. Нет уж, пусть все будет так, как есть.

Неожиданно я заснула и проснулась только около одиннадцати. Дома никого не было. Попив в одиночестве кофе и поиграв с близнецами в козу, я решила поехать к стоматологу и поставить многострадальный штифт.

Владимир сам принял меня. Усадил в белое кресло, сунул в рот зеркальце и онемел.

– Что это?

– Временный зуб!

– Кто вам ставил такое?

Я рассказала врачу о Матрене Ивановне и клее для ногтей.

– Как теперь отдирать данную конструкцию? И ведь держится как влитой.

– Может, оставить так, пока сам не выпадет?

– Невозможно. Совершенно противоестественно ходить с приклеенным кукольным зубом во рту. Как можно быть такой идиоткой и согласиться на подобный эксперимент?

– Очень раздражала дырка, – принялась оправдываться я, – а жвачка без конца выпадала, страшно неудобно.

– Неудобно, когда в голове только одна извилина, да и то та, которая делит мозг на два полушария, – парировал Владимир, запихивая мне за щеки комочки противной ваты.

Лишенная возможности говорить, я вынуждена была пассивно слушать врача.

– Не встречал большей идиотки, абсолютная безмозглость, – кипятился стоматолог, протягивая стакан с водой, – эка невидаль, дырка. Можно подумать, что на вас все смотрят, да с вашими данными дырка погоды не сделает, не Мерилин Монро.

Я обозлилась до крайнего предела и выплюнула отвратительную вату.

– Кстати, теперь мне отлично известно, какая девушка убила Нелли и почему вы ее покрываете.

За ширмой в углу кабинета послышался звон упавших инструментов, потом оттуда медленно вышла Ева. Лицо девочки было иссиня-белым, резко удлинившийся нос торчал, как сломанная ветка. Ева сделала несколько шагов и уселась на круглую табуретку, глядя на меня во все глаза.

– Здравствуй, детка, – смущенно пробормотала я. – Папе помогаешь?

Ева затравленно кивнула головой. Да что с ней случилось сегодня? Владимир подошел к дочери:

– Тебе, с твоей аллергией, не надо долго сидеть в кабинете, поезжай домой.

И он буквально вытолкнул ребенка в коридор. Потом велел мне открыть рот и принялся орудовать бормашиной. К моему удивлению, было совершенно не больно, только от жуткого звука делалось страшно.