Дантисты тоже плачут

Более того, невестка во весь голос объявила, что вообще не собирается подарить им внука. Старики оторопели.

Вечером Петр Павлович позвал в кабинет Владимира и спросил, разделяет ли сын позицию жены. Стоматолог вообще не понимал, из-за чего разгорелся сыр-бор. И шутливо сказал: «Гробить жизнь на сопливых детей? Ну уж нет». Отец растерялся. «А наследство, – спрашивал старик, – коллекции книг, яиц Фаберже, картины? Кому достанется бережно накапливавшееся годами богатство?» Владимир опять пошутил: «Перед смертью соберем и сожжем все, что не успели потратить».

 – «Значит, фамилия Резниченко исчезнет с лица земли?» – продолжал вопрошать отец. Сын отмахнулся и сказал: «Не все ли тебе равно, что будет после кончины?»

Спустя месяц после памятного разговора отец скончался.

– Если бы у меня хватило ума не шутить так глупо, – сокрушался Владимир. Но дело было сделано, огласили завещание с условием обязательно иметь наследников, чтобы получить наследство, и молодые супруги решили завести ребенка. Через пару лет стало ясно – жена не способна к зачатию.

Наследство неумолимо уплывало из рук, и тогда обратились к доктору Коню.

Никто из домашних не заподозрил подвоха, когда бледная Нелли с дочкой вернулись домой. Несколько лет Резниченко жили спокойно. Владимира огорчало только то, что жена не проявляет никакого интереса к ребенку и старается поменьше общаться с Евой. Когда приемная дочь пошла в школу и стало ясно, что особых успехов ждать не приходится, мать начала распускать руки. И вообще, она сильно изменилась.

От милой, нежной, ласковой Нелли, которую когда-то полюбил Владимир, ничего не осталось. Женщина пополнела, огрубела и начала пить. Стоматолог старался большую часть суток проводить вне дома. Жена увлеклась стряпней и пополнела еще сильней.

Но однажды в кресло к дантисту села милая молодая женщина – Роза Седых. Когда врач отметил, что зубы у пациентки в полном порядке, она неожиданно горько разрыдалась. Изумленный Владимир принес воды, и Роза, схватив врача за рукав халата, пролепетала, что больше не может так жить.

Женщина поведала, что она – настоящая мать Евы и ее много лет мучает совесть. Роза не собиралась отбирать ребенка, да и, честно говоря, не имела на это прав. Она и не думала смущать Еву своим визитом.

– Просто хочу удостовериться, что девочке хорошо, что вы ее любите и считаете родной дочерью, – грустно качала головой хитрая Роза.

Дантист растерялся. Сначала принялся успокаивать плутовку, а затем предложил отвезти ее домой.