Ведьмак. Перекресток воронов (Анджей Сапковский)

И теперь у него проблемы.

— Да, есть такое.

— А из этих проблем, — Врай Наттерван посмотрела ему прямо в глаза, — его теперь вызволит именно виновник. То есть ведьмак Геральт. Не корчи такую мину. Сказать прямо? Ты должен вытащить Редферна из тюрьмы. И вывезти его с острова.

— Что?

— Ты должен освободить Редферна, — терпеливо повторила чародейка. — И безопасно его вывезти.

— Это как же?

— Пошевели мозгами.

— Да брось... То есть... Нет, Врай, нет... Один маркграф уже имеет на меня зуб, мне что, нажить врагом второго? И настроить против себя его избалованного сынка?

Целительница пожала плечами.

— К тому же королевский префект Трилло на меня охотится, ищет, к чему бы придраться... Нет, Врай, это уж точно нет. А вообще, почему именно я? Сама телепортировать его не можешь?

— Не могу. Потому что сразу станет ясно, что это я. А у меня положение и престиж, я не могу этим рисковать.

— То есть мной рисковать можно. Потому что у меня нет ни престижа, ни положения. Меня можно списать со счетов?

— Я этого не говорила.

— Врай...

— Геральт, — оборвала она его. — Хватит разговоров, моя лодка ждёт. Ты знаешь, что нужно сделать. А за это получишь мою благодарность. Ты от этого выиграешь, гарантирую.

— Много я выиграю, когда меня тут убьют.

— Постарайся, чтобы не убили. В слухах о том, что я умею возвращать мёртвых к жизни, много преувеличений. А теперь прощай.

***

Диего Марс, доставивший приглашение от графа, проводил его до дверей покоев. Но внутрь не вошёл. Открыл дверь и довольно бесцеремонно втолкнул Геральта в комнату.

Фредерик восседал в своём большом кресле, на спинке которого красовался герб маркграфства — две серебряные рыбы, обращённые спинами друг к другу. Из-под накинутого на плечи соболиного меха всё ещё виднелись перекрещивающиеся на голой груди бинты. Левое колено по-прежнему было перевязано.

Он поднял руку, недвусмысленно приказывая ведьмаку не приближаться. Напрасно. Геральт и не собирался подходить. Остановился у дверей и спокойно ждал. Граф не спешил, сверлил Геральта своим мерзким взглядом.

— Молод ты для ведьмака, — наконец произнёс он. — Годы твои угадать трудно, ты ведь мутант, да и волосы эти белые... Но сдаётся мне, что ты мой ровесник. А? Голову дам, что много у нас общего. Тебе тоже, небось, не раз приходилось выслушивать, мол, сопляк, молокосос, старших слушаться надо, ещё учиться и учиться, взрослеть пора, бла-бла-бла... Словно мудрость с годами сама приходит. Будто старых дураков на свете не бывает.

Геральт промолчал.