Ведьмак. Перекресток воронов (Анджей Сапковский)

Узнав об этом, жена Роальда потеряла ребёнка, а престарелый и больной отец Магнуса от переживаний отдал богу душу. Вот вам и трупы — отчасти. Отсюда и пошла вражда. Каждое поколение что-то к ней добавляло. До сего дня. Сириус Вайкинен и Гордон Финнеган соперничали за титул правителя Мархии. Когда король назначил маркграфом Сириуса, Гордон на каждом углу кричал о мошенничестве, кумовстве и подкупе.

— А госпожа Людмилла?"

"— Всё как по писаному, можно сказать. На каком-то балу или рауте встретила молодого графа Редферна Финнегана, сына Гордона и правнука Роальда.

Остальное сам додумай.

— С фантазией у меня туговато. Да и на балах отродясь не бывал.

— Влюбились друг в друга с первого взгляда, — улыбнулась чародейка. — Начали тайно встречаться. Понимали, что родители не дадут согласия на брак, вот и решили бежать. Маркграф Сириус побег предотвратил, дочь заточил здесь, на недоступном острове, а присматривать поручил сыну, графу Фредерику, брату Людмиллы. Маркграф не зря доверил надзор за сестрой именно сыну — Фредерик по сугубо личным причинам ненавидит Редферна, ни в какие сделки с ним не вступит и подкупить его невозможно.

Не раз публично заявлял, что скорее увидит сестру в гробу, чем в союзе с Редферном. Впрочем, граф Фредерик рассудил, что лучшую опеку над влюблённой сестрой обеспечивает сам остров и надзор излишен. Теперь с жаром пользуется данной отцом свободой и средствами. Привёз на Зеевальк своих приятелей, под предлогом охоты на гиппокампов пьют и гуляют без продыху. О, лёгок на помине. Возвращаются усталые и пьяные охотники на чудовищ.

Ворота пристани открылись со скрипом и скрежетом, внутрь вплыл парусный куттер «Нихиль Нови». Пришвартовался у помоста, и вскоре с палубы сошла — с заметным трудом — группка молодых людей. Большинство сильно шаталось. И шумело не меньше.

— Золотая молодёжь из Ард Каррайга, — Врай скривила губы. — Отпрыски богатых, титулованных и влиятельных родителей. Кое-кого знаю, и не с лучшей стороны. Вон тот, что едва ноги переставляет — младший сын барона Дормонта.

Я его лечила, не скажу от чего. А этот последний, самый трезвый, похоже — Примиан Грохот, сын владельца пивоварни, нувориш. Что он делает в этой компании — уму непостижимо.

— Охотится на гиппокампа.

Врай фыркнула, предположение её явно позабавило.

— Охота эта, — посерьёзнела она, — несомненно, принесёт мне пациентов, когда кто-нибудь ещё что-нибудь себе сломает. Лишь бы не утонул никто, тут уж медицина бессильна. А за гиппокампов я бы не беспокоилась.