Ведьмак. Перекресток воронов (Анджей Сапковский)

Ворота храма были слишком низкими, чтобы въехать верхом. Постучал.

— Эй, ты! — снова услышал он. — Тебе чего тут надо? Може, ты с этими шлюхами заодно? С детоубийцами? Може, ты из того же теста, что и они? Эй! К тебе говорят!"

"Мужик, попытавшийся схватить его за рукав, был довольно крупным, но недостаточно, как прикинул Геральт, чтобы устоять на ногах после удара. Он нащупал в кармане ключ, полученный от Хольта. Прикидывал, что будет лучшей целью — глазничная кость? Или, может, та точка на полдюйма выше переносицы — глабелла?

Мужик, видать, что-то прочёл в глазах ведьмака, потому что отступил на шаг и судорожно сглотнул.

— Входи, — отрезала она. — Живо. Немедленно.

Закрыла за ним ворота, задвинула засов.

— Здравствуй, Неннеке.

— Здравствуй, Геральт. Как же ты вырос. Помню тебя мальчишкой — едва макушкой до пояса моей юбки доставал.

— А я тебя помню послушницей. А теперь вот жрица...

— То, что ты собирался сделать у ворот, — смерила она его острым взглядом, — было бы очень глупо.

— Я же ничего не сделал.

Она вздохнула.

— Учим вас, учим, а вы всё своё.

— Не всему научили, — буркнул он. — И потом только стыд. Не знаю, что такое орбита. И циркуляр. Не ведаю, что значит сустентоваться. Или что такое перпро гора. И что такое финально.

— Чтобы финально доучиться, — оборвала она его, — запишись зимой в Оксенфурт. Вольным слушателем. Да книжки почитывай на досуге.

— Прости. Я не хотел...

— Хотел. Веди коня сюда, в конюшню.

Они вышли на аллею, что вела к главному зданию.

— Давно в пути? Когда покинул Крепость?

— В марте. За день до равноденствия.

— Далеко забрёл?

— Да как сказать... Только в Каэдвене и был.

— Только в Каэдвене? — удивилась она. — А ведь как мечтал океан увидеть, помню. Лукоморье, Новиград, Горс Велен.

— Может, когда-нибудь. В Каэдвене я нескольких чудовищ упокоил...

— Хвастун. Только это тебя к нам и привело? Похвастаться? Поворчать на наше обучение? Или что-то ещё? Эликсиры? Ведь ты вроде не ранен и не хвор? С виду здоров.

— Эликсиры пригодятся, уходят как вода. Но больше всего... Хотел бы поговорить с матерью Ассумптой.

— Ага, — Неннеке не смотрела на него. — Важные, стало быть, дела. А мать Ассумпта очень занята. Не знаю, примет ли тебя.