Ведьмак. Перекресток воронов (Анджей Сапковский)

И по-весеннему устланный ковром прелой листвы и прошлогоднего сухостоя. И всё же, будь это настоящий кот, атака из засады прошла бы бесшумно. Но это был не кот – его когти не прятались в мягких подушечках лап. И выдал его хруст сухой ветки. А реакции ведьмака после эликсиров были достаточно быстры, чтобы увернуться от коварного нападения.

Он отпрыгнул, а точнее, резко метнулся в сторону, упал на колени – туша атакующего чудовища лишь скользнула по нему, когти едва задели плечо. Тварь изогнулась в прыжке словно лента, бросилась в новую атаку, ещё не коснувшись земли.

Геральт не успел встать с колен, но успел выхватить меч. И ударил.

Удар вышел неточным, лезвие меча только скользнуло по плоской голове твари и срезало часть скальпа вместе с растущим из башки пучком щупалец. Зоррил – Геральт теперь понял, что это был именно зоррил – припал к земле, затряс головой, разбрызгивая кровь. Он больше смахивал на ящера, чем на большого кота, хотя эти пучки щупалец на башке действительно могли сойти за кошачьи уши, да и белые клыки в пасти тоже наводили на мысль о коте.

Длинным хвостом, шуршащим по сухим листьям, тварь тоже пользовалась по-кошачьи – для равновесия в прыжках.

Зоррил прыгнул на ведьмака длинным броском. Геральт и на этот раз увернулся, но опять же без всякой грации – скорее отчаянным рывком, чем ловким уклонением. Но снова сумел ударить, размашисто и неуклюже, зато метко – почти отсёк одну из передних когтистых лап зоррила. Несмотря на это, чудовище успело зацепить ведьмака когтями другой лапы, но они, вместо того чтобы разорвать плоть, лишь проскрежетали по серебряным заклёпкам куртки.

Зоррил рухнул на траву, а ведьмак рубанул сверху что было сил. Кровь хлынула фонтаном, монстр жутко взвыл, но даже с распоротым брюхом уже готовился к новой атаке. Геральт подскочил, ударил, клинок достал до позвоночника, зоррил свернулся, закричал страшно, почти по-человечески, ведьмак рубанул ещё раз, лезвие дошло до спинного мозга. Зоррил забился, раздирая когтями землю. Геральт ударил снова, перерубая позвонки в другом месте. Зоррил визжал и метался, Геральт рубил. И тоже кричал. Зоррил выл, Геральт рубил. Раз за разом, как дровосек топором. Зоррил уже не выл, только хрипел.

Прошло немало времени – и потребовалось ещё несколько ударов – прежде чем он затих.

Луна выглянула из-за туч, просвечивая сквозь голые ветви деревьев. В её сиянии разбрызганная кровь казалась чёрной как смола.

Геральт рухнул на колени, и его вырвало. Рвало его долго.