Ведьма для Архимага драконов (СИ)

Когда у дракона и так уже есть чувства.

Я молчал. Где была та грань — между моими собственными чувствами и навязанными родовыми чарами?

Она закатила глаза:

— Можно подумать, тебе не нравилось. За все надо платить, милый. Только не говори, что эти годы удовольствия того не стоили.

Пелена чар спала. Я смотрел на Рамину и не понимал, как мог попасться на женский обман. А ведь изначально у меня, действительно, возникли чувства к драконице.

— Зачем? — единственный вопрос, который смог задать.

— Меня не бросают, милый.

Неужели это на меня действовало? И почему перестало?

Она деланно надула губки:

— Мне было скучно.

Все эти годы для нее были простым развлечением?

Рамина стрельнула глазками в розовые панталончики:

— Кем бы она не была, она отобрала у меня любимую игрушку. Сначала я думала, что ты мне надоел.

Я нагнулся, спрятал исподнее в карман.

— Не бери в голову. Эта человечка, как ты выражаешься — простое недоразумение.

Рыжая бестия и, правда, была несуразным недоразумением. Отказалась от близости. Не захотела пройти инициацию с сильным магом, даже после того, как узнала, что я дракон.

Жених, говорит, есть. Тот студентишка из ночного клуба, который сам ее ко мне же и спровадил.

— Похоже, твой дракон другого мнения, — свысока процедила Рамина. — Дракон желает человеченки? Фу, как это противно.

А вот рычание сдержать не получилось.

— Придержи дракона, — брезгливо сморщилась Рамина. — Контролируй глаза, Шарди.

Она приблизилась, положила руку мне на плечо. Ей всегда удавалось успокоить. Даже сейчас.

— Меня прислал Совет, Шарди. Они хотят контролировать ситуацию.

С этого и стоило начинать. Не мог сказать, что для меня это известие стало неожиданностью. Семья Рамины уходила корнями к древнейшим, большая часть Совета были в прямом или косвенном родстве с ними. Но не с моей семьей. И тут пазл сложился в голове:

— Так, это было даже не твое желание? Связь со мной?

— Отчасти нет. Но я открыта всему новому.

— А твой отец вовсе не против обрести контроль и над моей семьей, — проговорил вслух очевидное.